Она наслышана о его привычках и все еще не понимает, почему не стала игрушкой на раз, как все остальные. Почему все еще дышит в отличие от прочих, кому вздумалось пытаться использовать его. Может, Хольту просто нравится мысль о том, что в ее лице он подчиняет всю полицию Санкт-Петербурга?

Питер для него – серый и неприглядный, и даже тонкий проблеск надежды на что-то хорошее, к его сожалению, меркнет в этой серости. Хольт никогда не ошибается в людях, верно ведь?

План был просто идеальным: предложить Марии Архиповой заменить людей на дроны, в случае отказа пустить теракты по Санкт-Петербургу и вынудить насильно подписать контракт. Вот только Хольт начал замечать за собой, что, находясь возле Марии, чувствует себя совершенно… Иначе.

Для Августа это было не более, чем забавной игрой. - Чувствуете? – он проводит кончиками наэлектризованных пальцев по открытой коже. Мария вздрагивает, прячет напряжение, расслабляя непроизвольно сжавшиеся кулаки, и спокойно смотрит вперёд. - Между нами пробежала искра, - Хольт близко наклоняется и вкрадчиво шепчет в самое ухо. Архипова еле удерживает себя от желания стереть издевательскую ухмылку с чужого лица.

В первый раз случайно вырвалось, а она не стала поправлять. Только неловко дернула уголком губ и вздохнула так тяжко, словно ей предстояло работать с обладателем лишней хромосомы.

Она была холодной. Холоднее, чем металл за его спиной и даже чем снег в этом чёртовом Петербурге. Совсем как непробиваемая ни пулями, ни эмоциями сталь, она цокала не слишком длинным каблуком по длинным коридорам его отеля.

Переговоры со включенной камерой всегда сложны для Марии Архиповой. А Август ждет с таким предвкушением, что за пару часов до них с опаской прикасается к металлическим предметам.

«– Вы, несомненно, королева. Ум, навыки, терпение, целеустремленность, связи. Красота… – А Вы – черный ферзь? – Нет. Я не фигура. Я шахматист» Мария Архипова приезжает в Питер не для реформы: это лишь прикрытие для операции по обезвреживанию и склонению к сотрудничеству Августа ван дер Хольта. И почти все идет по плану. Но не её - его.