— Задачи? Опять по динамике? Ты заставляешь их думать, будто они будут строить космический корабль в следующем семестре. — Лучше я научу их это делать, чем слушать жалобы, что физика «слишком сложная». Пять лет брака, один строгий запрет на разглашение и один студент, выбравший самое неподходящее время заглянуть в кабинет.

– Джейс? – Тихо зовёт он, пока пальцы продолжают щупать знакомое тело, которое точно не его. Виктор промаргивается несколько раз, пытаясь выбросить из головы кучу ненужных мыслей. Тихий стон где-то с другой стороны стола вынуждает слишком резко встать. Он бьётся рукой о полку возле стены, разворачивается на пятках и замирает на месте, когда на полу видит лежащего Джейса. В его теле. – У нас проблемы, – кратко произносит Виктор.

Виктор не ненавидел Мэл. У них не было такой уж сильной ненависти друг к другу, о которой говорили слухи, что ходят между стенами. Они из разных миров, которые просто не могут пересечься. Виктор, что вырос в Зауне, никогда не должен был даже познакомиться с Медардой, но иногда бывают мосты в подобных мирах. Джейс Талис по счастливой случайности стал для них не то чтобы мостом, а скорее целой новой вселенной.

Ремешок звякает, Джейс только и успевает открыть рот, чтобы сказать свою следующую версию, как поперёк зубов вставляют кость. Она влажная, даже скользкая и явно не от слюны. Джейс широко раздувает ноздри, предпринимая попытку сжать челюсти. – Нет, нет, нет. Не сломай мой подарок, – смеется Виктор и присаживается на кровать позади. Разодранное ухо дёргается, когда Джейс издаёт что-то похожее на скулёж, только разбавленный слюнявым чавканьем.

Влюбиться в женатого преподавателя мистера Талиса мог, конечно, любой, но получить от этого самого преподавателя такое внимание удалось именно Виктору. Это чуточку тешит его самолюбие.

— Blyat! Huynya ebuchaya. Виктор перехватил паяльник и сунул обожженный палец в рот. — Помощь нужна? — Справлюсь, не отвлекай. Пожав плечами, Джейс перевернул рабочий блокнот нахзацем вверх, отлистал три страницы и бережно вывел “huynya ebuchaya” прямо под загадочным “pizdoproyebina”, которое он пока не смог перевести. или У Джейса есть поклонник, которому он не решается отказать. У Виктора — особенность, которую он не хочет афишировать. А виной всему — культурные различия.

Джейс полагает, что слово «любовь» не совсем верное для них с Виктором.

– Кто это был? – Если коротко, то Виктор. Умеет превращаться в человека и подобным образом избавляется от новеньких. Ты бы стал отличным обедом для него, – по ту стороны двери вдруг становится слишком тихо, а сирена умолкает. Кейтлин неоднозначно пожимает плечами и кивает в сторону лаборатории в этом корпусе. – Пойдем, первый отчет оформишь. Ты единственный, кто проговорил с Виктором больше пятнадцати секунд, думаю, учёные заинтересуются этим.