Планы Нила Джостена нарушает полифонический короткий рингтон. Наверное, уже где-то в этот момент ему стоит понять, что дело пахнет жареным, и остановиться, но у Нила по жизни хронические проблемы с собственным обонянием, чужим обаянием и в целом с пониманием атмосферы, поэтому он снимает телефон с зарядки и раскрывает мессенджер. «Насколько ты меня любишь по шкале от одного до десяти?»

Нил Джостен — лучший наёмник в Южной Каролине, и девять из десяти людей готовы согласиться с этим утверждением. Не его вина в том, что именно с десятым человеком ему предстоит работать вместе. Будь его воля, Нил даже разговаривать с ним не стал бы — с порога развернул бы обратно в Сан-Хосе, дал бы напутственных советов и поблагодарил бы за участие, но что-то идёт не по плану, и мнение Джостена не спрашивают. — Знакомьтесь, это Эндрю Миньярд, и он коп.

Мать Натаниэля умерла когда ему было 13. Нил не рассказывал, что он делал и как выживал, или были люди готовые ему помочь? Да и кто бы поверил, что Нил не просто милый мальчик-бегунок. Все меняется когда к лисам приходит странная группа ребят. (события происходят после окончания Свита Короля)

Нил Джостен находится в бегах, когда знакомится в поезде с Эндрю — тем самым Эндрю, что крутится рядом с Кевином Дэем последние несколько лет. Интерес перевешивает здравый смысл, так что, вместо того, чтобы сойти на ближайшей же станции ради собственной безопасности, Нил решает сыграть в искренность и прожить эти сутки так, будто завтра не наступит. Преследователи настигают его быстрее, чем поезд успевает пересечь границы Калифорнии.

Затем Нил включил плиту на сильный огонь. Сковорода зашипела от прикосновения масла, которое мгновенно разлилось по её поверхности, создавая золотистое и плывучее облако. В этот момент блондин осознал: вся магия приготовления происходит здесь и сейчас, в этом маленьком уголке кухни. Только для него....

«Я, утешаемый надеждой, сотни лет тебя прождал» Две искалеченные души. Одна — терзаемая постоянными перерождениями; другая — смиренно ее дожидаясь. Они смогли пронести любовь сквозь столетия, сохранив ее необычайную хрупкость. Дороги Натаниэля и Эндрю вновь пересекаются, на этот раз сталкивая их как врагов. Крошечный лучик надежды теряется на острие меча, который снова повис над головой Эндрю.

Мелкие разговоры с Эндрю оставляют в груди Нила чувство удовлетворения с лёгким оттенком тоски о том, что на этом всё заканчивается. Они не друзья — не смотрят фильмы ночами, как было с Жаном, и не разговаривают часами по душам, как было с Кевином, — так что Нил учится довольствоваться тем, что имеет. Первичное желание затащить в постель того, кому он не интересен, перетекает в иную убеждённость — нельзя разрушить своими глупостями тот комфортный нейтралитет, который устаканивается между ними.

После расставания с Нилом несколько месяцев назад, Эндрю продолжает жить: посещает тренировки, выезжает на матчи, общается с пиар-менеджером и даже ходит на интервью. И, казалось бы, всё налаживается, пока однажды ему не звонит Кевин, чтобы сказать, что Нил исчез.