Закон о праве первой брачной ночи звучит, как проклятие для каждой любящей пары здешних земель. Этот варварский обычай мрачной тенью ложится на души омег, что становятся жертвами столь бездушных правил. »--•--« — Вы бы позволили умереть человеку, которого любите? — Я бы не позволил любимого человека забрать, — хоть голос и остаётся спокойным, Юнги видит, как в его глазах пламя разгорается. — Сколько бы воинов ни пришло, я бы не отдал своего омегу никому.

Это один из тех самых вечеров, когда адекватный человек из дома не выйдет. Дождь заливает пустынные серые улицы, смывая городскую пыль с тротуаров и дорог. Вдали сверкают молнии, а раскаты грома ласкают чуткий слух.

Их пути пересеклись там, где надежда умирает первой. Один был рождён над цепями, другой – под ними, но система не щадит никого. И всё же во тьме таится искра, ждущая того, кто осмелится её найти.

Я молчу, не нахожу заклинания, способного разорвать этот нескончаемый круг. Стая мыслей-пираний несётся за мной, кусая за пятки. А я не могу плыть быстрее. Как же плыть, если мне откусили ступни и не на что надеть ласты. И привилегия иметь ласты не помогает ни капли.

Ранчо "Золотые Копыта" славится лучшими жеребцами в о́круге Вайоминга. Ким Намджуну, как настоящему мужчине, очень нужна породистая лошадь, чтобы над его рыжей клячей перестали потешаться.

— Как насчет того, чтобы каждый день недели связывать с определенным цветом в радуге, используя при этом игрушки или приблуды для секса?

- Ты никогда не говоришь, что хочешь, ты просто это берёшь. И если это моё сердце, то я готов отдать тебе его.

— Станешь моим виночерпием, — сказал Намджун, — Будешь разливать напитки в чаши богов, но, лишь подавая вино мне, станешь просить поцелуя, а забирая из дланей моих чашу, — получать его.

Юнги не мог понять, что же с ним не так. А может, это мир сошёл с ума, а сам Юнги – нормальный? Но где тогда найти таких же, как он? А может, он как тот одинокий кит, который звучит на другой частоте, и поэтому его собратья его не слышат? Обязательно ли отражаться в чьих-то глазах, чтобы полноценно существовать в этом мире? Нужно ли зеркало в виде другого человека, чтобы чувствовать себя живым? Намджун не знал наверняка, но часто чувствовал себя невидимкой.

— Я покупаю тебя, — выносит приговор Юнги и, не дав опомниться, идет на выход. Намджун закрывает глаза, слышит, как дверь за ним закрывается. Его жизнь отныне разделена на «до» и «после», больше ничего и никогда не будет прежним. Человек, что так спокойно бросил ему эти слова, от которых буквально зависела его жизнь, купил его, купил как вещь для личных утех. Отныне Намджун себе не принадлежит.

Каминг-аут вышел из под контроля Или тысяча и один неправильный способ завязать отношения

Сбегая однажды от собственных чувств, Юнги не был готов к тому, что не только он может так сильно любить.