Клод не видит в ней дочь. Вернее видит в ней не только дочь. Его чувства к этому ребёнку намного шире.

«— Папочка, а кто такой антагонист?» Почему-то Клод вспомнил сейчас именно этот отрывок воспоминания, в котором Атанасия ещё была жива и весело улыбалась ему, стоя у её могилы, а ведь прошло всего полгода.

Анастасий любит издеваться над Клодом. Но он не знает, что у брата есть свои секреты.

— Папочка, а кто такой антагонист?

А ты прекрасна, как лепесток розы, — усмехается Анастасий.

Благими намерениями вымощена дорога в ад. Лилиан стоило помнить об этом.

Клод потерял память. И, как в оригинальной истории, именно в этот момент рядом оказывается Дженнит. А как же Атанасия? Её сердце разрывается от того, что любимый папочка вновь превратился в безжалостного и холодного с ней тирана. Все усилия пошли коту под хвост. Как же тут можно оставаться в здравом рассудке? Её собственный отец отправляет ранее любимую дочь на плаху. "Я не могу простить тебя, папочка, даже если это и не твоя вина."

Я думал, она для меня ни чего не значит, лишь пешка что приведет меня к победе , в войне за трон. Но кто бы мог подумать, что эта "пешка" исчезнет, испариться как воздух, а моё сердце утонет в отчаяние и горе, со словами: "прости"

Веселый разговор Атанасии и Анастасиуса прерывается стуком в дверь. Не дожидаясь разрешения войти, в комнату входит лекарь. На вид мужчи Ох, сколько из было? И все они на вопрос "Что с ней? " разводили руками. Даже самые лучшие доктора Обелии не могли понять причину болезни светловолосой девушки, поэтому Атанасия не ожидала от прибывшего старика ничего нового.

Анастасиусу отказала лишь одна женщина. И эта женщина — мать его племянницы. Чувство и желание обладать ею с годами никуда не пропали, лишь сменился объект вожделения. С порочностью своих мыслей он давно смирился, не подозревая, насколько коварен его Ангел.

… она даже не успела заметить, как все полетело под откос.

Клод никогда не считал Атанасию своей дочерью, а она никогда не считала его отцом. Не чувствуя родственной связи, молодая девушка начала испытывать иные чувства к Клоду, в то время, как сам император-тиран начал сходить с ума, параллельно чувствуя тоже самое.