Сборник независимых историй и космос

Взрыв забрал старого Калеба, пережевал и выплюнул взамен инвалида, ставшего полковником космофлота. В голове при мысли об этом возникает странный диссонанс: Калеб мертв. Её Калеб, родной и знакомый, давно убит, а на её коленях сейчас покоится голова кого-то, кто просто напялил на себя его кожу и неумело, неловко пытается подражать его движениям.

— Виновата по всем статьям, мои дорогие. Каюсь.

Зейн пододвинулся ближе и крепко обнял меня поверх одеяла. Он сделал глубокий вдох, наслаждаясь таким любимым и таким родным запахом моих волос. — Позволь мне немного пообнимать тебя. — рука Зейна сильнее прижала меня к его тёплому телу. — Это помогает мне прогнать усталость.

— Хорошая девочка, продолжай жевать. Не прикуси язык. В ответ получилось выдавить только стон. Ты была не в состоянии мыслить здраво из-за наркотического тумана, но у тебя получилось проглотить остатки пищи. Ты ощущала лишь тепло, исходящее от бледной кожи. Ты покраснела и уткнулась лицом ему в шею. Сайлус отложил вилку, позабавленный твоим вниманием. Поднявшись с дивана, он положил тебя на кровать. И принялся расстёгивать ремень.

Когда любовь не безумие, то это не любовь.

Я приехала забрать законный выигрыш, а мне подсунули сломанный мотоцикл. Что ж, отдавай своего черного Азалтекинского скакуна, либо становись на колени и называй "моя Королева". Однако у главы Оникайнуса возникает желание перезаключить пари и я соблазняюсь. Больно уж охота узреть надменного мужчину у своих ног. Стоит ли говорить, что стометровку на треклятой лошади проехать не удалось, а сам Сайлас доволен, как чёрт? Но... Как я и говорила, в моем арсенале есть парочка трюков.

Вечер воздержания пошел на смарку, когда мы с Сайлусом решили поиграть в «Правду или действие». Или все же... не на смарку?

Заискивающие просьбы о подчинении — сущие пытки. Апогей безумия. А ее сопротивление с применением насилия — мазохистская игра для него.

Однажды Сайлас попросил сыграть роль его избранницы на одной из деловых встреч. Выбора не было - пришлось согласиться, все же после аукциона я была перед ним в долгу. Однако на встрече мне стало скучно и я захотела немножко развлечься. Не то что бы я - всему виной выпитое вино. Именно оно направило мою ногу вверх по бедру, к области паха главы Оникайнуса.

Та самая сцена, где главная героиня пытается найти брошь. После того, как Сайлас в очередной раз выгнал её из своей комнаты, она вооружается атрибутами в виде наручников и транквилизатора, полученными от близнецов. Пристегнув спящего Сайласа к кровати, она считает, что глава Оникайнуса в ее полной власти. Однако... В следующий миг наручники рассыпаются в пыль, а Сайлас жаждет поиграть.

— Что скажешь насчет маленькой шалости под названием: «Кто заставит другого извиваться сильнее»?

С ним неприятно, с ним невозможно, она с ним сгорает. Но когда он приглашает её в зону N109 на вечеринку, она не может не согласиться.

калеб вернулся — он ревнует.

Нет, ты абсолютно права. Сайлас бы никогда не трахнул тебя своим пистолетом. Но ты знаешь, кто бы мог сотворить с тобой такое...

— Ты скоро планируешь лечь спать? Или нет? — …Наверное, не скоро. — Что ж, тогда составь мне компанию, — Калеб поворачивается лицом к коридору, а затем бросает долгий взгляд через плечо. — Всё равно я всегда был ночной совой. Лжец. Калеб всегда вставал с рассветом с тех пор как стал подростком. Это такая очевидная ложь, но он всё равно говорит это без зазрения совести, направляя тебя в сторону своей комнаты. Как мотылёк на пламя, ты следуешь за ним.

Эта история стара как мир, но впервые она лицезрела её под своими ветвями через них: девочку, что была едва старше неё, и мальчика по имени Калеб.