После победы Тёмного Лорда над Гарри Поттером поверженные должны узнать своё новое место в обществе. Гермиона Грейнджер, некогда Золотая девочка, взята в плен, чтобы стать рабыней для того, кто предложит самую высокую цену за главный лот на аукционе из членов Ордена Феникса и их сторонников. Она попадает в безумные и ожидающие наживы руки Пожирателей смерти. Но, несмотря на ужасы нового мира под управлением Волдеморта, помощь и надежда приходит с самой неожиданной стороны.

Гермиона Грейнджер вернулась на восьмой курс. Но от привычной заучки-гриффиндорки не осталось и следа: курение, татуировки и поведение без тормозов. Драко Малфой избежал Азкабана и отбывает наказание в Хогвартсе, выполняя роль Главного старосты. Все бы шло по канону Драмионы, если бы не появился третий лишний. А где третий, там и четвертый, и пятый. Как развернутся события на восьмом курсе Хогвартса? Закончились ли боль, страх, похищения и смерти? И какие тайны хранят ученики?

Гарри Поттер мертв. После окончания войны, чтобы укрепить свою власть, Волдеморт прибегает к программе повышения рождаемости и возрождения магического населения. У Гермионы Грейнджер есть тайна, скрытая и защищённая ее разумом, которая ставит под угрозу существование нового режима. Поэтому ее, как пленницу, отправляют к Верховному Правителю, чтобы взять под контроль и использовать в качестве суррогатной матери. Пока ее разум наконец не будет сломлен.

Она знала, знала, сука, Грейнджер знала. Он блять чуть с ума не сошел, думая, что ему пора в палату Януса Тики, а она всё это время знала и играла в свои ебучие гляделки. Не-на-ви-жу дрянь! Чччёрт! Сейчас накроет… - Ты… тоже…? - ему удалось хрипло выдавить из своего сдавленного спазмом горла только эти два слова. Она осторожно кивнула, видя, как его начинает ломать изнутри неведомая сила, опуская на колени и заставляя руками скрести себе грудь.

— Спорим, что ты не сможешь добиться девушку даже за один месяц? — Какая ты предсказуемая. Давай так, если я соблазню её меньше, чем за этот срок, ты на протяжении целого месяца в своих спортивных заметках будешь упоминать о том, что истинным ловцом всех времён был Драко Малфой? — Ха-ха-ха…Что, несбывшиеся детские мечты? — Это всего лишь правда. Я жду имя. Как она и предполагала. Ну что, Малфой, игра началась… — Гермиона Грейнджер.

В мире, где узнать своего соулмейта можно лишь испытав на себе его эмоции, страшнее всего понимать, что ты ничего не чувствуешь. Но почему, обнаружив свою родственную душу, Гермиона Грейнджер никак не может отделаться от ощущения неправильности происходящего?

Война длится третий год. Гермиона Грейнджер попадает в плен после неудачной миссии, наивно полагая, что единственное, ожидающее её дальше - это старая добрая гуманная смерть. Но она не знает, что у Волдеморта приготовлена для неё особая роль в его игре, в которой не победить, если не пойти на сделку с совестью и собственными принципами. Особенно, когда вторым игроком становится тот, кто выигрывает всегда, даже если играют грязно.

Гермиона Грейнджер — ведьма с идеальной репутацией и кровью на руках. По крайней мере, так считает следствие. Сейчас она главная подозреваемая в деле об убийстве Рональда Уизли, ее парня и, как выясняется, не самого порядочного человека. Все улики — против нее. Драко Малфой назначен ее адвокатом как беспристрастный профессионал и человек, которому плевать на прошлые заслуги. Каждое признание Гермионы делает его ближе к разгадке — и к ней. Проблема в том, что все указывает на то, что она виновна.

Мы были противоположностями друг друга. Как плюс и минус на магните. Как день и ночь. Как Золотая девочка, которая стойко прошла войну и выжила, и бывший Пожиратель смерти. Если она всегда восклицала «О Мерлин!», то я привык говорить «Дьявол». Она была ещё не испорчена этой жизнью, а я давно уже. Она верила в искреннюю и чистую любовь, я же смеялся над любыми проявлениями чувств. Это противостояние света и тьмы могло продолжаться бесконечно, но я проиграл. Проиграл, когда влюбился в неё.

Горечь на языке заставляет Гермиону цокнуть, но никак не отвести упрямый взгляд. Когда она решила вернуться в Хогвартс на несколько дней раньше до начала занятий, чтобы порыться в библиотеке, то даже не представляла, что наткнется на место проведения тайных дуэлей. В магловском мире бы это назвали... подпольными боями. Гриффиндорка, поддавшись на провокацию, проиграла Малфою на дуэли, и она не сомневалась, что он припомнит условие их спора. Пятьдесят поцелуев. До Рождества.

Гермионе двадцать два, она работает в Министерстве магии, а её жизнь вполне стабильна. Единственное, что ее омрачает - навязчивые сны, которые преследуют по ночам и в которых Гермиона постоянно видит чей-то силуэт. Но, когда она вместе с друзьями оказывается на лучшем курорте Волшебного Мира, привычный ход вещей меняется совершенно непредсказуемым образом, ведь ей предстоит… танцевать. Танцевать с врагом.

Одна девушка, которая обожает споры. Один парень, который скрывает за блеском своей ювелирной компании опасные секреты. Гермиона пришла на шоу «Холостяк», чтобы довести Драко и уйти красиво. Но люди имеют планы, пока планы имеют людей. Как получилось так, что после финала шоу Гермиона Грейнджер сидит на коленях давнего врага, который зубами стаскивает с неё его же майку? Почему они планируют одну из крупнейших операций Аврората, чтобы не дать Драко Малфою закончить свои дни в Азкабане?

У них не роман. У них выживание, месть, психологические травмы и странное желание держаться за руки. После магического срыва Гермиона попадает на “исправительные работы” с командой психически нестабильных, но чертовски харизматичных отщепенцев. В программе: – Симус Финниган: все еще взрывает. Не только еду. – Теодор Нотт: не замолкает. Никогда. – Пэнси Паркинсон: язвит и лечит. Иногда одновременно. – Драко Малфой: орет, выходит из себя, но все равно бежит за ней в лес.

Незадолго до рождественского бала на отработке у профессора Слизнорта произошла роковая случайность: Гермиона Грейнджер и Драко Малфой обменялись телами. Несколько дней они вынуждены изображать поведение друг друга, попадая в каверзные ситуации. Иногда это будет забавно, но в основном - просто невыносимо!

Это могли бы быть колючие аристократичные розы, утонченные лаконичные каллы или вычурные экзотические орхидеи. Но чтобы простая садовая сирень...

Что может быть приятнее, чем оценивать и проверять уровень комфорта нового круизного лайнера? Гермиона Грейнджер была на седьмом небе от счастья, когда увидела очередной объект работы. Только она пока не знает, что на борту есть еще один инспектор, который внезапно оказывается владельцем корабля, желающим тайно проверить сервис, отдохнув в круизе как обычный пассажир... И впереди неделя в открытом море. Эта работа о признании. И о том, что происходит с человеком, который его получает.

Спустя десять лет после войны Драко Малфой, по его же словам, изменился. Он приложил немало усилий, чтобы разобраться со своими ошибками, извлечь уроки из прошлого и смириться с будущим. Единственным пунктом в его списке остались извинения перед Гермионой Грейнджер, которая до сих пор не желала ничего о нём слышать. К счастью, назначенные Министерством общественные работы наконец привели его в её отдел, а значит, это наилучший шанс на примирение. И Малфой не собирается его упускать.

Это Рождество должно было стать особенным... История о борьбе с предрассудками и о том, что иногда темнота может в этом существенно помочь. Саундтрек фанфика - Florence And The Machine «Addicted to love » Предупреждение:– Постхог, АУ эпилога. – Возможен ООС, хотя автор искренне верит, что годы и пережитая война могут изменить кого угодно, даже Драко. В особенности Драко. – Автор старался писать в рамках R, но всё же залез одной ногой в NC.

Ноябрьский ветер трепал холодом волосы, периодически роняя платиновые пряди на глаза. В осеннем воздухе набережной Темзы могла бы чувствоваться долгожданная свобода, если бы руки не были скованы обетами, которые ощущались почти физически, до желания содрать кожу с предплечий вместе с ними и обязательством года работы на новый режим. Только через год он станет окончательно свободным, и больше ноги его не будет в этом чертовом городе, в этой чертовой стране.

Гермиона всегда плохо относилась к изменам. «Если ты живёшь с любимым человеком — невозможно захотеть другого», — так думала она и была твёрдо в этом уверена.