На балу, полном переливающихся огней, Джисон встретил загадочного незнакомца, чья маска скрывала не только лицо, но и тайну, готовую перевернуть всю его ночь. — Шёпот, — проговорил он. — Зови меня так. — Шёпот? — Джисон улыбнулся. — Я думал, будет что-то примитивное, по типу Господин. — Так ты можешь называть меня в постели, никто не запрещает. Джисон подавился воздухом от такой нахальной самоуверенности.

— Первое правило нашего договора: все эти три месяца ты мой парень. А значит тебе нельзя ни с кем встречаться и спать на стороне. Второе правило: быть скромным. Не нужно за столом говорить, как ты любишь, когда тебе присовывают в задницу. Третье правило: не смотреть на моих братьев. И если Минхо первоначально думал, что эти правила выполнимы, то, оказавшись случайно прижатым чужим обнажённым телом среднего брата Чана, — Джисоном, — до него наконец дошло — это полный провал.

— Ты свяжешь меня этой лентой, как какой-то новогодний подарок, а затем… вы оставите меня в комнате, подготовленной для Джисона? Но что, если он напьётся и приведёт в комнату девушку? А там я с голой задницей? Или… не знаю… он же уничтожит меня, а не вас. Хотя это определенно ваша идея! — С каких пор ты боишься, что Джисон с тобой что-то сделает? — удивился Чанбин. — Ни с каких. Поэтому я в деле.

Можно стереть любовь из памяти. Выкинуть из сердца — это уже другая история.

Ли Минхо и Хан Джисон бывшие друзья детства. Когда они пошли в школу, то их дружбе пришёл конец. Минхо связался с плохой компанией и участвовал в травле Джисона, тот не выдержав, уехал в другую страну. Спустя три года, Хан возвращается домой, с надеждой закончить свой выпускной год в родном городе и со старыми друзьями. Но он забывает о том, что в его жизнь снова врывается Ли Минхо, который уже давно поселился у него в сердце.

Джисон почувствовал себя странно, стоило ему услышать стоны за дверью своего соседа. Но более странно он почувствовал себя лишь тогда, когда ему удалось увидеть жилистые руки Минхо через микрощель и услышать собственное имя из его уст. — И долго ты ещё будешь там стоять? — прозвучал голос, как гром среди ясного неба. И Джисон понял, что он попал.

Парень наклонился ближе, кончиком своего носа коснулся щеки Джисона и снова усмехнулся. Жаль, что из-за темноты не было видно его улыбки. Не было видно того, кто находился сейчас перед ним. — Пожалуйста, — Джисон перешёл на шёпот, — поцелуй меня. Мне кажется, я скоро сойду с ума, если не почувствую твои губы вновь. Зачем вообще Джисон начал играть в эту игру, если знал, что он заведомо в ней проиграет? Он молился сейчас лишь об одном: чтобы свет никогда не включался.

Загадав желание, Джисон получает совсем не то, чего хотел, и обретает способность видеть манометры окружающих его людей, отображающие текущий уровень возбуждения их владельцев. Да, это довольно странно, но ещё страннее то, что стрелка манометра Минхо постоянно на пределе, несмотря на то, что он – самый спокойный и сдержанный человек, которого Джисон когда-либо встречал.

кто знал, что самый тихий и неприметный парень университета так хорошо целует, прижимая к капоту своей машины? ну точно не Хан Джисон.

Отличное наказание для потаскушки по всяким тусовкам по имени Хан Джисон. Просто Минхо сам давно хотел попробовать заняться сексом на балконе.

Хан Джисон всю жизнь боялся воды и тумана. Но когда отец отправляет его в полугодовое плавание на учебном барке «Хала-Хала», выбора не остаётся. Его наставником назначают Ли Минхо - холодного, насмешливого старшего матроса, за которым тянется шлейф потерь. Минхо не верит в любовь. Джисон не верит в себя. Но море не спрашивает разрешения. Оно сталкивает их в штормах, туманах и ночных вахтах. И учит дышать в ритм чужого сердца.

С детства в груди Минхо разрослась сильная ненависть к наследнику дома Хан. По причине, что его отец раз за разом повторял: Джисон лучше мыслит. Больше прилагает усилий. А Минхо — слабый, недостойный звания «наследник дома Ли». Со временем оставалось лишь смириться и принять собственную никчёмность. Но однажды всё переворачивается. Когда они оба оказываются на грани жизни и смерти. Там, где ненависть больше не имеет смысла. Может ли это их объединить? Готов ли Хан отдать за него свою жизнь?