Нам Гю никогда не думал, что ему посвятят песню, точно также, как и не думал, что когда-либо сможет оголить перед кем-то свою душу и тело. Но в конце концов этого всего добился Танос.

Намгю знает, что жизнь это охота. Всегда знал. И, глядя на тест на беременность перед собой, понимает, что облажался, но отказывается плакать. Вместо этого он делает то, что делал с четырнадцати: проклинает свою биологию. Проходя через испытания, простирающиеся от вины и ломки до самопрощения, ему и Таносу, парню, с которым он познакомился во время игр, предстоит найти общий язык на пути к родительству. Но смогут ли они это сделать? Вот в чём главный вопрос.

"i’m gay and i have an erection only on men" — фраза, которая теперь навсегда останется на его теле. Но сейчас Нам Гю думал не о татуировке, а о человеке, который должен был её набить. О том, что скоро он встретится с ним лицом к лицу.

На футболке расползаются небольшие мокрые пятна. И между ног становится тоже влажно. В Нам-гю борются остатки гордости и желание пустить все на самотек, доверяясь Су-бону.

Хотелось верить, что это просто ротовирус и он отравился. Но в груди периодически прокатывалась волнительная пульсация, будто что-то не так. И самое пугающее – не хотелось пока говорить об этом Субону напрямую. Пока еще нет. Он знал, что альфа отреагирует либо очередной шуткой, либо тревожной бурей заботы. Поэтому сначала нужно было во всём удостовериться.