«Монкада снял гермошлем и оказался… странным. Таким, как Джейн от него не ожидал. Не смазливый омега, которого бы сразу в койку и размножаться с ним до посинения. Не фотомодель с обложки, на которую хочется дрочить до одури, зажав член в кулаке. Монкада был красив, но не стандартной разрекламированной красотой, а красотой животного – неуловимой, зовущей, пьянящей почище пары стопок тайгера. Джейн неровно вздохнул.»

– Это самум? – вопрос Айзека негромко прорывается сквозь шелестящие ветряные завихрени. – Нет, самум – совсем другой. Резкий, шквальный, уничтожающий все на своем пути. Его еще называют “ядовитым” ветром. Но в текущий сезон он почти не встречается, – грубоватые пальцы собеседника перебирают струны на незнакомом инструменте, дополняя чистыми, звенящими нотами мелодию ветра и песка. – Тогда почему тебя называют “Самум”?

Он попал в реанимацию. И тогда я понял – мне пиздец.

Я смотрел на него и думал: мне пиздец.

С другой стороны, в Эше есть что-то такое, от чего скручивает все внутренности, сжимает горло и не дает дышать. В то же время рядом с Эштоном, наоборот, Марк дышит полной грудью, не боясь закашляться на вдохе и задохнуться. Чувство очень странное, но Маркус мальчик умный и, в общем-то, знает, как такое называется, и это еще одно откровение, которое он держит при себе, потому что, господи, это ведь глупость какая-то.

Детектив Джейк Холдер привык считать себя профессионалом: сообразительным, удачливым и непредвзятым. Но расследование убийств, которое он проводит вместе с новым напарником-оборотнем, заставляет Джейка пересмотреть некоторые взгляды — как в отношении себя, так и в отношении привычных вещей, которые оказываются совсем не такими, как казалось раньше

Краткий инструктаж: перед каждым выходом из дома ты предупреждаешь охрану заранее, не беспокоишь меня не в мою смену, не задаешь тупых вопросов. Каждый намек на еблю расценивается как личное оскорбление, нарушение личного пространства — как острое желание поучаствовать в спарринге.

Легкая история о легких буднях молодого директора, встретившего на очередном собесе бывшего одноклассника, над которым потешался все школьные годы...

Когда Олега заела тоска-тоскушечка, когда он был очень близок к тому, чтоб забухать по-черному от одиночества и несправедливости своего бытия, он так остро захотел возвращаться не в пустой молчаливый дом, что решил завести себе... соседа. Да, нормальные люди заводят котов и собак, но у Олега была аллергия на шерсть. Птичек он на дух не переносил, рыбки скучные... Вот и решил он тогда сгоряча завести соседушку.

третья книга серии "Большой злой волк" Чарли Адхара

Ну почему, почему всё так?! Почему на противне говно, если задумывалось шоколадное печенье?! И откуда, зараза такая, должны расти руки, чтобы раз за разом сотворять подобное? Из жопы? Не иначе. Потому что вариант «из плеч» не прокатывал никак, хоть чисто анатомически руки у Ирви и были расположены абсолютно правильно.

Постапокалиптика.  Земля - безжалостная пустыня: пыльные бури, зыбучие пески, хроническая нехватка воды и омег...  Ариэль ищет убежище, Лейв ищет смерть, и вот две омеги отправляются к полумифической Крепости Рока - одному из крупнейших поселений выживших, где каждый найдет...то, что искал? Гораздо больше? Вовсе не то?

За густыми длинными ресницами скрывались голубые глаза, миндалевидные и лукавые, которые поначалу пугали Ятти. И не только его — мужчины отряда, нанятого в сопровождение, называли Амеса пустынным джинном. — Если б не золото, что предложили, шайтан бы с ними, — сказал Садир, впервые увидев Амеса. — Спи с открытыми глазами, друг. — Почему я? — удивился Ятти. — Потому что он смотрит только на тебя.