Единственный сын генерала армии Севера поступает на учебу в элитную военную академию. Воспитанники называют себя волками. Народ же презрительно именует их псами Кима. Но кем ты станешь, когда судьба поставит тебя перед выбором, решаешь только ты сам. Рожденный слабым, хитростью побеждает сильного. Рожденный сильным, склоняет голову лишь перед любовью…

Майор Бан Чан ничего и никого не ищет. У него по жизни все зашибись. Он берется за новое назначение, потому что таким опытом не разбрасываются. Капитан Ли Минхо грезит о полетах. Ему бы утром в небо, а вечером в бар, надраться и надрать кому-нибудь морду. Лейтенант Ким Сынмин считает "пикап" своей миссией, и трахает все, что движется, а лейтенант Со Чанбин все еще в поисках себя. Четверо альф - военные по призванию, готовы ко всему, но не к встрече с четырьмя очень непредсказуемыми омегами...

Вернуть бывшего можно простым "спишь?" в три часа ночи. Вернуть такого бывшего, как Хван Хёнджин, Минхо решается только на спор. Или всё же нет?..

В уютной бесплатной квартире, хозяева которой ни о чём не подозревают, есть место только для одного наглого питомца. Второй всегда будет лишним — особенно, если это хорёк с помойки.

Хёнджин сомкнул губы плотнее, чувствуя, как к ним подступает первый стон, хотя за него ещё как следует не взялись. С Минхо никогда иначе – щекотно на нервных рецепторах, и внизу живота делается, как перед петлёй на американских горках. /о том, как офисные будни становятся изнурительными по-другому, когда тебе есть, кого... ненавидеть/

Ау где Хенджина на втором курсе университета выдают замуж за Чана представительного альфу, ради слияния компаний. А лучший друг Хвана только выпускается из старшей школы и теряется во взрослом и жестоком мире, где если не ты, то тебя. Спустя несколько лет они встречаются на одном из званных ужинов и что-то внутри меняется, когда Хенджин видит перед собой не друга бету без запаха, а альфу с ярко выраженным запахом крови на руках.

Джисон знакомится с Минхо в приложении для совместного проведения циклов. Они заключили молчаливую сделку - никаких чувств. Только инстинкты и временное удовольствие. Однако, две полоски на тесте меняют всё. Теперь Джисон не может молчать, а Минхо не может оставаться в стороне. И, возможно ли, что за привычными встречами скрывалось больше, чем просто страсть?

— Я понимаю, понимаю. — Чонин устало потёр переносицу. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? Принёс официальные извинения? — Это само собой, но этого недостаточно, — твёрдо сказал отец. Раскаяние должно сопровождаться действием. — И каким же? — Среди твоих ближайших помощников должен появиться омега-мужчина. — Ни за что! Я не подпущу больше ни одного из них к себе! — Реши эту проблему, — холодно сказал отец. — Возьми замужнего, возьми с детьми. Если, конечно… Найдёшь.

Что, если Сяо Синчэнь не собирался задерживаться в городе И? Оказал первую помощь, пара дней — и ушёл, оставив Сюэ Яна. Зелень пошла по другой сюжетной ветке, и вот что из этого вышло.

Жизнь несправедлива, это факт. Вернее, её представления о справедливости расходятся с нашими. Но только у неё есть право и возможность всё расставить на свои места. Ли Минхо убедился в этом на своём опыте довольно быстро, потому что родился везунчиком. Правда, если вы ему об этом скажете, он набьёт вам морду, ибо нечего обесценивать его упорный труд. Хуже будет, только если вы намекнёте ему на связь между его красотой и этой самой удачей. Такое он не прощает никому. Кроме Бан Чана.

— Я не дам, слышишь? — Джисон впервые за время разговора повысил тон. — Не дам тебе сгинуть! Я знаю, чем ты занимаешься вечерами, когда один! Я знаю, о чём ты думаешь, когда бреешься! Я всё о тебе знаю, сукин ты сын! И я не позволю тебе сделать это! — Поэтому ты хочешь приставить ко мне шпиона? — горько спросил Минхо. — Поэтому я хочу, чтобы ты вернулся. И начнёшь ты с того, что подружишься с новым помощником. Поэтому выбирай хорошенько, Минхо-я. Выбирай хорошенько.

Этот парень... Он появлялся во дворе в одно и то же время — после работы, в пять двадцать — пять тридцать. Он забегал в подъезд, всегда торопясь, никогда не глядя по сторонам. И торопился он с одной целью: покормить своих котов. Или кошечек. Этого Чан не понял. И ему страшно, ужасно, смертельно хотелось выяснить это. А ещё — погладить их. В идеале — покормить, как делал это он.

Ликс решил достать телефон, чтобы посмотреть время, когда порыв ветра принёс звуки какой-то возни и чьё-то приглушённое, но отчаянно-жалобное «Помогите! Помм-м-м…» — далее очевидный стон сквозь зажатый рот. О том, что, собственно, происходило в глухой чёрной подворотне, рядом с которой проходил Феликс, сомневаться не приходилось.

Хотелось верить — и он верил. Рождественская суматоха заканчивалась с последним отсчётом времени в Новогоднюю ночь — и он продолжал ждать счастье с открытой душой и готовым на всё сердцем, а оно... Оно как-то медлило. Не приходило.

Да нет, всё правильно. Его же предупреждали? Предупреждали. Он не послушался, он не поверил, он думал, что он особенный, а оказалось – нет, как и все, один из. Очередной.

Да, он понимал, что этот чёртов омега не виноват в том, что с ним случилось, — по крайней мере, прямо не виноват. Но ядовитой змеёй обвивавшую снова сердце ненависть надо было на кого-то излить. А этот… как там его звали? Феликс, кажется?.. Так вот он был единственный в зоне доступа. Значит, он и заплатит. За всё заплатит!

Сквозь завесу невесёлых мыслей Минхо пробивается телефонный звонок. Остановившись и успокаивая дыхание, он нажимает кнопку на гарнитуре. — Да, слушаю. — Доктор Ли,здравствуйте! Это медсестра Чон из вашего отделения. Простите, что звоню в ваш выходной. Знаю, что у вас День рожде… — Не отвлекайтесь, Чон.Случилось что-то серьезное? — Да, доктор. У нас поступил сложный пациент. Дежурный хирург Мин попросил вызвать вас для консультации. — Скоро буду.

Чан исподлобья посмотрел на своего спасителя. Тот смотрел в ответ, прищурив глаза, его взгляд медленно скользил по фигуре Чана с интересом, и он ничуть не стеснялся так откровенно рассматривать омегу. Тело альфы было обманчиво расслабленным на вид, но Чан видел, что мускулы находятся в боевой готовности. Парень покусывал губы и чуть сжимал пальцы в замке. «Я ведь даже убежать сейчас от него не смогу, если он решит напасть, — тоскливо подумал Чан. — Не то что дать отпор…»

Хёнджин нервно сглотнул, в последний раз взглянув на своё отражение. Маска закрывала лицо, глаза блестели из-под тёмной челки, а взгляд лихорадочно метался в попытке выцепить недостатки: выбившийся из укладки волос или пылинку, налипшую на костюм, — необходимо выглядеть идеально. Ему ясно дали понять, что даже забаненный айдол должен приносить доход компании. Эскорт — обратная сторона популярности для тех, кто познал успех, но был сброшен с вершины обстоятельствами.

Это был не простой кот. Это был человек-кот в зверином обличье. Человек. В клетке. Первое, что бросалось в глаза, — это ярко-голубые прекрасные кошачьи глаза. На чёрной, как смоль, морде они выглядели фантастически нереальными. Уши жались к голове, густая длинная чёрная шерсть на хвосте пушилась трубой, когтями он впивался в дно клетки и скалил молочно-белые острые зубы. В общем, кот был в ужасе.