Киса и Хэнк встречаются в Питере через несколько лет при довольно очевидных обстоятельствах

+1, когда у него это получилось:)

Джодах решил найти преступника для Смотрящего, но все пошло не по плану.

Дитрих и Майский – одногруппники, которых едва ли можно назвать друзьями. Майский считает, что жизнь следует прожить легко и непринужденно. Дитриху кажется, что расслабиться он сможет только в гробу и то не факт. В связи с этим, взаимоотношения между ними строятся весьма натянутые. Но жизнь – изменчивая штука. И то, что еще вчера вас раздражало, сегодня может оказаться единственно желанным.

Был бы Зайцев девчонкой, проблем бы не было. Цветочки, прогулочки, поцелуйчики у подъезда, одного кстати, общего для них обоих, и все, можно брать. Но Зайцев, сучонок, свои узкие светлые джинсы натягивает на мужской зад. И вряд ли догадывается, что в Волковских фантазиях он уже многократно оттрахан за гаражами.

Возьмем хакера с непростой судьбой, которому коды писать проще, чем разговаривать с людьми без желчи. Мистера популярность, в жизни которого тоже не все так просто, как кажется на первый взгляд. И заставим их бегать друг за другом. Потому, что один любит, а у второго есть приказ и нет выбора.

Он сразу же меня невзлюбил. С первого тайком сунутого в портфель яблока, с первой рисованной рожицы, с первой робкой улыбки.

Тяжело дышать... Грудь словно сдавили тисками и нет уже никаких сил сопротивляться этой грубой и беспощадной силе. Легче будет смириться, принять свою участь и стать безмолвной и бездушной марионеткой. Но почему так тяжело сдаться и произнести это ужасное слово: "Хозяин..."

В комнате оказалась лишняя кровать, которой здесь никогда не было. Шкаф Дилана внутри поделился на две части: пустые полки и те, что предназначены ему. На вопросы парня родители лишь улыбались, говоря, что это сюрприз. Сюрприз, который никогда не снимал свои голубые очки, шарахался от громких и недовольных вздохов Дилана и к тому же оказался мироходцем. Мироходцем, которых считали в этом мире нелюдями и использовали как подопытных крыс...

Один - первый школьный красавец. Высок, хорошо сложен, умен, действительно умен. Гроза школы, приводящий в ужас всех младшеклассников лишь своим именем. Второй - серая мышь. Сутулящийся подросток с большими очками и челкой пони. Известный в сети хакер, готовый помочь страждущим от доброты душевной. Но оба не могут друг друга терпеть. Кто кого?

Случайная встреча обычного школьника с взрослым мужчиной. Сочувствие, дружба, а может быть это любовь? Но мир жесток, и на пути к счастью их ждет не одно испытание. Смогут ли они преодолеть их и простить друг друга?

Каждое лето я езжу в лагеря со своим лучшим другом. Но этим летом меня отправили одного. Всё бы ничего, если бы я не попал в отряд к вожатому, который является сыном директора лагеря. И всё бы ничего, если бы я не умудрился испортить с ним в первый же день отношения.

«Лисы» — исполнители, известные миллионам слушателей. Нил Джостен — их личный менеджер, сумевший поднять группу с колен. У всех «Лисов» свои слабые места, и Нил знает, когда на них давить. Кевин готов продать душу за алкоголь, Ники — за чужое внимание, Аарон — за свою семью. Найти ключ к Эндрю Миньярду практически невозможно, но Нил Джостен — профессионал, и эта история о том, как у него это получилось.

Алан — парень серьёзный и педантичный. Кайл же постоянно всё превращает в фарс. Их объединяет только место работы и Меган. Но что случится, если её не будет? Им придётся друг друга терпеть и узнавать ближе, чем хотелось бы. Просто временная мера. Да только нет в мире ничего более постоянного, чем временное.

Предательство сломало меня... Я был разбит её изменой, но судьба подкинула неожиданный поворот — её любовник начал проявлять ко мне интерес. Смогут ли из обломков боли и недоверия родиться новые, настоящие чувства? Эта история — о гранях любви, сложностях прощения и поиске себя там, где меньше всего ожидаешь.

Он говорит: Вообще-то я не по мужикам. Говорит: Я просто экспериментирую. Говорит: Это не надолго. Я отвечаю: Да-да. Конечно. Молодец. Бери поглубже.

В рюкзаке Савы лежит двусторонний дилдак. Откуда я знаю? Да потому что он всегда там лежит по субботам.

Прекрасно все шло — до того момента, пока у него не начало дергаться веко. Иван, которого в глаза и за глаза прозвали Грозным, на самом деле никогда не страдал от подобного, у него ладилось любое дело, и он никогда не переживал по поводу трудностей, считая их временными. Но эта трудность, которую он охарактеризовал для себя сукой-стервой, поселилась в его жизни, похоже, надолго. Из-за нее, собственно, веко и начало дергаться.

Тот замер, глянул на него искоса — наверное, не ожидал такого резкого перехода с обсуждения погоды на флирт, затем улыбнулся совершенно открыто и очаровательно, и от этой улыбки Джеромо поплыл — это незаконно, так улыбаться. Винсенте не надо было уламывать на прогулку по набережной, на кофе в тени магнолии, а потом на мороженое, — и дурак бы заметил, как он наслаждается оказанным вниманием. Вряд ли в такой дыре кто-то мог составить Джеромо конкуренцию. Даже без спорткара.

— Как, как… Переебут вас тут всех, вот как! Что мне потом делать? Отпускать всех на выходные в Преисподнюю к вашим «котикам», «зайчикам»? Нет и нет. За ангелов высшего порядка я уверен, им ничего уже не интересно, тем более чувства. А вы все отправляйтесь в человеческий мир — отдохните.