- Щас проверим на упругость, - отвечает другой голос, с хрипотцой, и на мою многострадальную ягодицу опускается крепкая ладонь. - Подкат засчитан. Я теперь твоя подружка, - усмехаюсь я, разглядывая высокого красавчика в синей форме. Тоже блондин, глаза серые, умненькие, губы чувственные, брови и скулы волевые, эдакий Джеймс Бонд из волейбольной команды. В моем вкусе.

Встретились как-то влюбчивый неловкий парень и острый на язык циник, мало смысливший в отношениях между людьми. И обоих звали Серёжа.

Любовный романс в офисном антураже.

Двое. Знают друг друга давно. Быть вместе невозможно. Даже признаться себе невозможно. Слишком разные. Но любовь не спрашивает, это дар. Как и их странные имена - Люба и Дар.

У забора обнаружилась незнакомая машина. Артем нахмурился, с неприятным ощущением постороннего вторжения вошел в дом. На вешалке чужая куртка, чья-то обувь у порога. Так и хочется зарычать, будто медведь из сказки – кто сидел на моем стуле, и далее по тексту. И тут же остановил себя – если и впрямь, как далее по тексту, кто-то обнаружится в его кровати – он просто убьет обоих.

Каждые двадцать пять лет из недр земли поднимается армия эгриотов и сметает все на своем пути. Ни одна из рас не может ей противостоять и от полного истребления их спасает лишь то, что эгриоты отступают по ведомым только им причинам. Но с каждым разом их налёты все разрушительнее. Страшась очередного нападения, несколько рас решают объединить силы, чтобы дать эгриотам достойный отпор. Но мне кажется, что это не возымеет результатов. И все мы умрем. Наконец-то!

Никаких красивых историй. Просто мне было тоскливо, а ему, видимо, скучно.

А Кирилл его любил, сколько себя помнит. Едва не с тринадцати лет. И теперь смотрит, остановившись напротив. И ничего не говорит. Не может сказать. Только облачка пара вырываются изо рта. А Влад улыбается и держится в тени. Не ступает на свет.

Ну, и дебилы тоже. Раш, Кай и прочие мимокрокодилы. Сборник.

И что, ты просто так ввяжешься в сомнительное дело на пару с человеком, который даже не в твоем вкусе?

Сережа привык играть на вторых ролях, Илья — быть центром притяжения всего и вся. Различаться во всем, спорить по любой мелочи и ставить друг другу палки в колеса легко и весело, когда вы просто друзья. Но стоит нарушить хрупкий баланс, и будешь вечность искать дорогу под указателем «развлюбиться».

Запрокинув голову кверху, парень несколько раз сильно зажмурился, прищурился, поморщился, загоняя подступающую истерику глубоко внутрь. Он не мальчишка какой-нибудь, чтобы реветь из-за очередных неудавшихся отношений, которые длились, к удивлению, шесть месяцев, закончившись посылом на хрен и выставлением за дверь. Девушки, а именно с ними творил шуры-муры герой-любовник, почему-то сливались, стоило на горизонте замаячить цифре шесть. Будь это шесть дней, шесть недель или шесть месяцев.

Бывший чемпион по боксу возвращается в родной город, чтобы стать преподавателем в местной спортивной школе. Он страдает от постоянных болей в бедре, принимает лекарства и проводит свободные вечера со студенческим другом Вованом — помешанным на правильном питании фитнесс-тренером. Жизнь утопает в бытовухе и серости, пока не выясняется, что кое-кто ждал возвращения знаменитого спортсмена уже очень и очень давно...

Женька устраивается на работу в архив организации, где работает мать, чтобы помочь денежно семье после армии. Там он знакомится с инспектором Дмитрием «Медведем» Потаповым, грубым и замкнутым социопатом, который на самом-то деле оказывается очень чувствительным и совершенно незлобивым «мишуткой», потрепанным жизнью. У медали всегда две стороны.

Изгибы его шеи красивы настолько, что стиснуть пальцами, оставляя на нежной коже синяки, не кажется преступно неправильным. Он выгибается, стонет, крутит головой из стороны в сторону, прикусив губу от лёгкой боли. И от этого напрочь сносит крышу. Прощай, уравновешенная психика, не поминай злым словом адекватность. Улыбается так сладко, что хочется завыть от того, как сильнО желание поцеловать контур губ, испробовать на вкус, ощутить, насколько жадными могут быть чужие поцелуи.

Костя и Коля были лучшими друзьями с детства, у каждого была своя жизнь и свои увлечения, свой путь. Лето юности, робкий малиновый поцелуй... Они любили друг друга, но оба так и не решались признаться. Пока не стало поздно. А может, еще нет? Может, они смогут быть вместе несмотря ни на что? Счастье, потеря, разлука и снова невыносимая любовь — как качели... те самые, на которых с малых лет качались Коська и Колька.

Мы тогда оба поняли, что это конец. Конец нашей дружбы. Конец его пути к пьедесталу.

Можно избегать людей, действий, обстоятельств. Но как долго можно избегать себя?

Илья всю жизнь прятался сам от себя, яростно отвергал свою сущность и к тридцати годам более чем преуспел в искусстве самообмана. Дом, работа, медитации, разведение фиалок и четкая жизненная позиция... И всё в одночасье насмарку из-за солнечного урагана по имени Пашка!

Тим сполз по сте­не. Сер­дце дро­жало и ос­та­нав­ли­валось. Он всег­да до ужа­са бо­ял­ся фи­зичес­кой бо­ли и он хо­тел, что­бы Са­ша сам вы­бил свой об­раз из его го­ловы. «От люб­ви до не­навис­ти один шаг, и этот шаг - боль», - ре­шил Тим, уто­пая тогда в ар­кти­чес­ком хо­лоде его глаз. Не выш­ло - лишь гу­бы кро­вото­чили силь­нее, а в го­лове буд­то рой пчел ожил. На гла­за на­вер­ну­лись сле­зы. Тим закрыл голову руками, погружаясь в тишину собственных мыслей. Не сработало.