От Чанбина несло сигаретами и дешёвым пивом, от Чана - дорогими духами и кофе. Чанбину не хватало любви, а сердце Чана разрывалось от неё.

Старшему и так сложно сдерживать свои чувства, играя в правильного взрослого, а после мимолётного, но такого четкого поцелуя всё стало ещё хуже. Нет, это не про то, что Крис отвратительно целуется, что совершенно не так, к слову, а про то, что Чанбину хочется ещё. Дольше, глубже и горячее. Но пока что Чанбин может нервно пить чёртову ванильную колу и нервно стучать пальцами по рулю. Если этот мальчишка и хотел, чтобы старший без остановки думал о нём, то у него явно это получилось.

— Как отпраздновали? — глухо, почти не слыша себя, с удовольствием выдыхая в живот, скрытый чёрной футболкой. Но Чанбин всё равно это дыхание чувствует, и его поясница покрывается ледяными мурашками от незамысловатой ласки. — Они ещё продолжают. — Прости.

Чанбин очень любит Чана и его смущение.

В условиях аппокалипсиса Крис пытается сохранить жизнь подросткам с иммунитетом, но сам оказывается в лапах тех, от кого бережёт детей.