Джереми и Жан месяцами избегали последнего шага — не из-за отсутствия желания, а из-за страха. Жан боялся собственного тела, своих реакций, прошлого, что сковывало его даже в объятиях того, кому доверял. Но сегодня вечером всё изменилось.

-Решил, что это не моё дело. Ты имеешь право на личные границы. - Пожал плечами Жан. - Знаешь, иногда ты настолько хороший, что я не был бы против общих личных границ. - Усмехнулся блондин и Моро закатил глаза.

Жёсткий, резкий и достаточно громкий, чтобы перебить нападающего, голос Жана как будто выбил его из колеи: холодное и отстранённое "хватит" резало Нокса изнутри. Улыбка с лица солнечного капитана спала, и появилась нескрываемая тревога. В одно мгновение у Джереми пронеслось огромное количество мыслей, он перебрал все варианты, что мог сделать не так. Ему понадобилось ровно две секунды, чтобы понять: Жан выдавил из себя это слово резко, потому звучало грубо, он пытался не заплакать.

Кэт и Лайла решили повторить тренд из так тока, а Жан оказался под рукой.

Концепция любви не из тех, что Эндрю понимает. Долгое время она ускользала от него. Всегда расплывчатая, всегда искаженная. Эндрю уже давно махнул на это рукой, так почему же продолжает искать ответы? Какова бы ни была причина, он вполне доволен тем, что может обвинить во многом Жана Моро и Кейтлин. Это их вина, что он оказался здесь, в самом счастливом месте на земле.

Жан боится воды, а Джереми помог ему преодолеть этот страх, обещая, что всегда будет рядом.

Секс — это мерзко и грязно. Это неприятный запах, синяки по всему телу, и ужасная боль в ногах. Это отпечатки рук на ягодицах и шее. Это алые пятна на ключицах. Это вырванные волосы и укусы. Секс — это больно. Но ради Джереми он был готов проглотить всё своё отвращение.

— Я не смогу отмыться, Джереми. Ты можешь злиться, ты можешь... Я выдержу любое наказание, правда! Ты можешь быть грубым со мной, можешь не спрашивать, хочу ли я, можешь меня выпороть, правда, я все выдержу! Только перестань игнорировать меня!