и вроде бы нет никакой причины так реагировать, если бы не одно но: юнхо без памяти, до колик в животе, до полного безумия влюблен в своего лучшего друга. который, кажется, влюблен в человека-паука. которым, на самом-то деле, является сам чон юнхо.

Юнхо работает барменом. И все бы ничего, если бы в бар постоянно не заглядывал чертовски сексуальный брюнет, который каждый раз заказывает «Кровавую Мэри». И который каждый раз говорит одно и то же. «Юнхо, не наливай мне больше трёх стаканов, это спасёт тебе жизнь».

Наверное, стоило отметить, что еще ни один человек не интересовал вампира настолько сильно. Или история о вампире и сыне охотника на нечисть, отношения которых явно хорошо развиваются после одного вечера в клубе, если бы на фоне не маячил тот факт, что отец Хонджуна буквально может убить Сонхва. Вопрос в том, какой же статус в итоге обретут Пак Сонхва и Ким Хонджун: романтические партнеры или жертва и причина смерти.

Это не истории об ужасных вампирах. Не о чудовищах, пожирающих кровь и плоть. И вовсе не о бесконечной силе. Это истории об обычных людях. О сломленных, отчаянных и одиноких. О тех, кто встретил смерть в слезах. Добро пожаловать на бал, здесь маски ты снимая, показываешь свою боль. И даже если вы уйдете, они всё еще будут Кровавой Мэри.

Шёл февраль 1952 года. Холодный и суровый, он продолжал нести смерть.

Частный пансион, в котором происходит загадочное убийство. Но почему и зачем кому-то смерть обычного ученика?

Рога Минги среди демонов считаются уродливыми. Но встретив наследного принца Юнхо, обладающего самыми впечатляющими рогами в королевстве, он вдруг понимает, в чём заключаются преимущества его собственных. Одновременно с этим Минги обретает запретную любовь; на месте его рогов скоро будут окровавленные дыры.

Пак Сонхва - заурядный стажер в редакции журнала. Ким Хонджун - его начальник и требовательный исполнительный редактор. У них нет ничего общего - кроме анонимной переписки в приложении для знакомств.

Сонхва в башне уже пять лет и ему срочно нужен отпуск. Или: Сонхва драматично вздыхает, наблюдая из окна башни, как медленно из леса выходит маленькая фигурка. — Что там? — даже не отрываясь от чтения книги, спрашивает Ёсан. Сонхва вздыхает еще драматичнее, наблюдая с почти жалостью, что даже по мере приближения к башне, больше фигура не становится. — Рыцарь походу. Или сказочка про принца Сонхва, заточенного в башне с драконом.

Их предупреждали, и время, чтобы разобраться в происходящем, у них было. Когда неожиданно вырубилось электричество, а следом пропала вода, Сонхва, несмотря на слова соседа по комнате, понял, что свои орущие инстинкты игнорировать нельзя. Их портативное радио только помехами скрежетало и иногда выдавало предупреждающие фразы, которым никто не верил. Потому что было первое апреля, и всё это являлось, скорее всего, одной огромной шуткой. Так говорил его сосед, но только взгляните, что с ним теперь.

— У нас нет другого выбора. Все, кто попал сюда, хотят и надеются на возвращение к жизни. Нам ничего не остаётся, кроме как сплотиться и действовать сообща. — А есть... Есть хоть какой-нибудь шанс, что мы вернёмся? — Никто не знает. Возможно, надежда лишь на тех, кто находится там — в реальной жизни.

Его Величество готов быть прозванным "Кровожадным тираном", если это означает, что ему сойдет с рук лишать жизни этих нелюдей. В конце концов, Пак Сонхва стал Королем Червей не ради любви подданных, а ради их защиты и процветания. И если ради этого нужно быть жестоким, то он готов переступить эту грань между разумностью и безумием. Или история, скрывающаяся за маской "кровожадного" Красного Короля.