Джону хочется вывернуться из этих объятий прямо сейчас, затянуть поводок потуже и показать, как будет правильно. Но он, почему-то, щёлкает ошейником, шепча дрожащее «можно».

Джон давно забыл, что значит «спать спокойно». Его сон – лабиринт из отголосков его тёмного прошлого. Тело непроизвольно дрожит, а в лёгких чертовски не хватает воздуха, когда очередной кошмар настигает Джона посреди ночи. Однако Лололошка более не намерен наблюдать за этим. Возможно, идея «затрахать до беспамятства» не такая плохая.

— Джон, может нам с тобой ещё и сексом заняться? Ну, чисто проверить твои теории насчёт того, что с мироходцами приятнее, — саркастично выдаёт свою мысль Лололошка. Он никогда даже не задумывался, что на это заявление Харрис отреагирует положительно.

Пустой город, спонтанное предложение и два мироходца, которые ненавидят церковь.

Знали бы жители Хэнфорта, что сейчас великий JDH чуть ли не скулит, пока в нём быстро двигается член другого парня, в обморок бы попадали.

«Что? Только не говорите что я правда слышал этот стон, надеюсь мне просто показалось..»

Люди — существа странные, непонятные и очень многогранные. Джон давно это уяснил. Некоторые из них сочетают в себе столько противоречий, что задаешься вопросом, а как вообще так получается? Вот и Джон им задался. Потому что перед ним буквально воплощение самых разных граней и противоречий — чувственный и страстный, но грубый и холодный любовник. От чей страсти хочется бежать на другой конец Вселенной, но Джон знает — его даже там найдут. Его всегда находят.