дилюк снова поддел повязку пальцами и, наконец, снял её. синий, ярко синий глаз, переливающийся всеми цветами радуги, аккуратно открылся, глядя на него в ответ.

Сайно и Аль-Хайтам – враги, по воле случая застрявшие в одном убежище посреди песчаной бури. Не имея возможности сбежать друг от друга, они находят необычный способ сбросить возникшее между ними напряжение.

мессенджер!ау, в котором кли и диона яойщицы, кричащие "кэйлюки канон", сяоитэры спустя 100 лет принимают возможную симпатию, люмин по случайности пишет аяке, а чжун ли снимает видео по майнкрафту и получил всего 7 лайков

Сайно и Тигнари постепенно преоделевают разногласия, а их дружба укрепляется, начиная с тех пор, как Сайно замечает, как тщательно Тигнари ухаживает за своим хвостом. Теплые, ранее незнакомые чувства всегда вспыхивают в его груди в подобные моменты. У Сайно они ассоциируются с теплом, спокойствием и безопасностью, ровно как и сам Тигнари. Но есть что-то еще. Легкое головокружение, которое заставляет его сердце трепетать и учащенно биться. Что-то, чему Сайно не готов дать название.

Гидро дракон снова плачет. Ризли не знает, что служит причиной его слёз, но понимает, что устал. Устал знать, что у Нёвиллета на душе бардак, но никак не вмешиваться в это. Наконец, он стал решительнее и отправился во дворец Мермония, чтобы раз и навсегда стать причиной для улыбки дракона.

— Любовь разрушительна, месье, — прохрипел Ризли, вдавливая щеку Нёвиллета в подушку, — и требует избирательности. Дотошности, быть может.

Открывая дверь среди ночи, аль-Хайтам ожидал увидеть кого угодно: пьяного в стельку Кавеха, непонятно почему раньше вернувшегося из рабочей поездки, почтальона, своего помощника или младшего мудреца Хараватата, в конце концов, – но не Сайно.

Это победа. Кави назовет этот день вторым днем рождения. — Ты же любишь меня, верно? — Он решает зайти издалека, поскольку Хайтам, услышав прямой вопрос, сразу бы послал мужчину нахуй. "Можно я трахну твою грудь?" — пожалуй, звучит достаточно убого.

Началось все вполне безобидно: Сайно просто попросил совета, Тигнари просто его дал.

Два полукруга пересекались посредине небольшим эллипсом и выглядели донельзя завораживающе. Сайно сладко подумалось о том, что когда он будет обновлять метки, то сможет «нарисовать» клыками на запястье альфы браслет из переплетающихся следов от укусов. - Есть какое-то очарование в нарушении запретов, да? - спросил аль-Хайтам и, не дав гамме времени ответить, утянул его в медленный и тягучий поцелуй.

Внезапно Сайно остановился и изучающим взглядом уставился на Хайтама. Тот без стеснения уставился в ответ. За пару шагов Сайно подошёл к Хайтаму и, поставив ногу на скамью, на которой сидел Хайтам, спросил: — Неужели я интереснее твоей книги?

Аль-Хайтам стоял посреди своей спальни, глядя на кровать, на которой мирно посапывал принесенный им сюда Сайно. Значит вот как звали того, на кого он безбожно дрочил последние полгода.

Мини сборник драбблов, где в первой части Итер заботится о заболевшем Сяо, а во второй наоборот.

— И как же ты отомстил ему? — О, очень просто. Я вышел за него замуж.

Кавех наконец решает приобщиться к "Священному призыву семерых", и Сайно с энтузиазмом вызывается его учить. Так, после долгих вечеров за картами дома у аль-Хайтама Кавех невольно начинает что-то подозревать... // Или история о том, как Хайтам и Сайно мирно встречались, не особо скрываясь, а Кавех упорно искал секреты там, где их нет.

Он шёл по лесу, сопровождаемый ученицей на важное задание. Всю дорогу он слышал неподалёку шелест травы и звон металлических побрякушек, и, конечно, легко узнал этот звук. Где-то в горле снова встал твёрдый комок обиды. Ему стоило просто появиться на глазах, показать что все в порядке и он не собирается избегать его вечно. Он этого не сделал. (сборник драбблов по моим любимым сумерским мальчикам)

— Паршиво выглядишь, — чужой тихий, глубокий голос раздался около наушников, горячая, шершавая от древка посоха ладонь нежно прикоснулась к щеке, а подушечка большого пальца в мимолётной ласке осторожно прошлась под глазом в тщетной попытке разгладить появившиеся, заметные синяки.

— Извини, это было неуместно с нашей стороны, но нам действительно интересно, у тебя действительно никого не было всё это время? — с интересом спрашивает Тигнари. Аль-Хайтам усмехается и смотрит на Сайно, тот хмыкает и отворачивается. Кавех и Тигнари переглядываются, но молчат и тогда учёный продолжает. — Есть кое-кто.

— Прямо все сделаешь, что я попрошу? — лукаво спрашивает Итэр и глаза прищуривает, всматриваясь в спокойное лицо адепта. — Тогда встань на колени, — беспечно просит он и тут же давится воздухом, когда Сяо беспрекословно подчиняется, опускаясь на колени и смиренно склоняя голову.

кавех забивает на своё здоровье, даже не подозревая, что лечить его будут нежностью, любовью и травяными компрессами.