Ким Тэхён работает в детском саду. Омеге давно пора замуж, но никто из знакомых альф ему не нравится. Неожиданная встреча с отцом маленькой воспитанницы лишает его сердце покоя. Да и шестилетняя Арин совсем не против называть Тэхёна "папой".

Ким Тэхен поступил в Академию Потустороннего, чтобы стать охотником на сверхъестественных существ. Но вместо борьбы со злом — он борется с бессонницей, блёстками и ведьмами с манией величия. Пикси крадёт бельё, вампир учит забивать осиновый кол “без драмы”, ведьма подливает приворотное зелье, а оборотень — ворует сердце. И где-то между отчётами, проклятиями и кофе Тэхен внезапно понимает: не все чудовища хотят зла. Некоторые просто хотят обнимашек.

— Ну, рассказывай. Что там твой Повелитель Драконов? Чонгук вздохнул, пристроил голову на плече Чимина и принялся рассказывать. — Он такой сильный, умный… опасный, — Чонгук сел ровно и отхлебнул из кружки. — И, Чимин, он… он заступился за меня? Чимин хлопнул себя по коленям. — О, Гук-и! Да он в тебя влюблён по уши! Это же классика! Сначала он строгий, как мистер Грей, чтобы никто не заподозрил, а потом хоп — и пятьдесят оттенков «детка, я ради тебя на всё готов»!

Один сгоревший пирог изменил всё. Чонгук хотел просто приготовить штрудель с сыном, но не ожидал, что кулинарная катастрофа приведет его к омеге, который научит его не только печь, но и снова чувствовать.

Чонгук не ожидал встретить истинного во дворе своего дома. Ещё больше он не ожидал, что его истинный будет играть в песочнице. Потому что Тэхёну — пять, а Чонгук старше своего истинного на двадцать лет.

Сахарный папочка Тэхён делает подарки, а сахарная детка Чонгук выполняет прихоти. Всё в их отношениях должно было быть односложно. Однако Чонгук в первый же раз просит купить ему хороший слуховой аппарат, а Тэхён... Тэхён выполняет прихоть.

Gigil (гигил) — это филиппинское слово, которое описывает неконтролируемое желание ущипнуть или укусить что-то невероятно милое или вызывающее сильные эмоции.

Уведомления всплывают на экране одно за другим. Суён: «Мой отец улетает в Дубай, приезжай» Мистер Чон: «Я улетаю в Дубай, поедешь со мной?» Тэхён не задумываясь открывает нужный диалог.

Чонгук зависает на размеренных движениях этих рук. Вот бармен берет очередной стакан. Длинные пальцы проталкивают внутрь салфетку и отточенными движениями натирают стенки. Парень ловко прокручивает стакан несколько раз, отодвигает его от себя, проверяя наличие пятен и потеков от воды, и возвращается к прежнему занятию, устраняя недостатки. Чонгук пристально следит за грациозными движениями запястий и пальцев. Взгляда восторженного оторвать не может!

Тэхён и Чонгук больше не узнают друг друга в собственном браке. Где-то между обидами, ссорами, молчанием и бытом они потеряли то, что грело раньше и сияло так ярко. Когда ты уже не замечаешь достоинства мужа, но умело цепляешься к недостаткам. Как и у многих, их брак не избежал этого. Однажды — кухня, тихие слова вместо криков, усталость от пустых отношений дошла до пика. И выбор: потерять полностью или вспомнить, как любить друг друга. Ведь когда-то они решили, что это навсегда.

— Замуж за тебя? — опешил Тэхён, не в силах поверить, что этот красивый парень говорит серьёзно. — Вот так сразу? — Чего тянуть? — как всегда бесцеремонно встрял Юнги. — Прекрасный юноша, вы только посмотрите на его уши? Самые красивые эльфийские уши во всей Миллато́нии! — Милорд, с твоим сватовством он никогда не согласится выйти за меня замуж, — проворчал Чонгук, поправив прядь длинных волос. — Милорд?! — воскликнул Намджун, подпрыгнув на месте. — Это хвостатое чудо — милорд?!

— Ты! Тот долбаный заяц, который мои конфеты хотел спереть! А я тебе зуб выбил! — А! — протянул Чонгук. — Так это ты в нос ушибленный?! Я тебе вместо носа мозг в детстве повредил?! — Отдай тыкву, гадина! — прошипел Тэхён, в котором вспыхнула детская обида. — Я могу тебе по тыкве дать, мракобесина! — предложил свой вариант Чонгук. *** У них было всего лишь три случайные встречи на Хэллоуин. Но судьба приготовила ещё одну.

– Ты был прав. Я действительно ребенок, – голос был тихим, но в каждой ноте звенела усталость. – Я думал… если мы дадим друг другу время, узнаем лучше, то сможем построить семью. Пусть не на любви, но хотя бы на доверии. На уважении. Я больше не буду навязываться тебе. Можешь спать с кем хочешь.

Не верьте уткам на пруду: они вам скажут, что эта история о хлебных крошках. Для Чонгука она будет о тыквенных пирогах и смелых воробушках. Тэхён вам расскажет о хмурых альфах и маленьких сводниках. И только я скажу вам правду: эта история о любви.

— Мой парень скулит в постели, — слышит Чонгук от какой-то девушки и хмыкает. Подумаешь, скулит. Ну и что? Вон у него парень вообще на немецкий во время секса переходит, и ничего — душа в душу живут.

– Как же блядски ты пахнешь, Тэхён, — произносит сквозь стиснутые зубы Чонгук, вдыхая такой желанный мускусный виноград полной грудью. — Десять лет назад три поколения твоей семьи сослали бы за это в концентрационный лагерь.

Тэхен — богатый наследник, влюбленный в своего холодного дворецкого Чонгука. Три года назад его детские ухаживания встречали лишь вежливое пренебрежение. Вернувшись из Европы повзрослевшим мужчиной, Тэхен начинает опасную игру — его прямолинейность разрушает все барьеры, а страсть грозит смешать роли господина и слуги. Когда в бушующую грозу отговорки теряют смысл, остается только поддаться искушению.

Когда Намджун сначала прослеживает, куда направлен взгляд Гука, то уже одновременно вместе с ним натыкается на «говорящий» знак «Фак» средним, длинным пальчиком от того же самого омеги, чей прищур сейчас практически «сжёг» их обоих своим пренебрежением. — Ну точно — Бестия… И это уже хрипло шепчет Намджун… И уже вой двух волков разносится по лесной поляне. Ну, от отчаяния, конечно...

Чонгук: "Ты специально это делаешь, да? Собирай вещи и иди в мою комнату, ни в какой общей казарме с ротой альф ты жить не будешь".

"Он что, кончает грудью?" - в эротическом шоке подумал Чонгук. "Боже, как это прекрасно, как это дрочибельно. Бог ты мой!"