Признаться честно, ему наскучила идеальность, ведь его любовь показала, что уют хранится в разбросанных вещах, мятых одеждах от объятий и опухших губах от поцелуя. Его любовь - не идеальна, поэтому и ценна.

Он бы предпочёл чистить отхожие ямы, чем это. Отказать принцу - невозможно. Но ухаживать за раненым Фэн Синем? Это переходит все границы. Это унизительно, больно и бесконечно раздражает. Или нет? По мере того как часы у кровати беспомощного врага складываются в дни, а ледяная маска Му Цина даёт трещины, оба начинают понимать, что за их вечной враждой скрывалось нечто большее. Нечто опасное и непреодолимое.

Му Цин думал, что про него все забыли, а его супруг и вовсе нашел другого. Но что, если отсутствие Фэн Синя значило совершенно другое? Каким будет день рождения одного из беспокойных жителей Небесной столицы?

Когда тишина становится невыносимой, даже небожители нарушают обеты. И если падение – это путь к свободе, то, может быть, в нём тоже есть благословение?

Фэн Синь привык командовать, но этой ночью связан — и полностью в руках Му Цина. Каждый его рывок, каждый сорванный стон, каждый сломанный остаток гордости — Му Цин забирает себе, медленно, методично, с той опасной нежностью, от которой теряется дыхание.

— Неженка, - Му Цин растягивает губы в блядской улыбке.