Строгий преподаватель, не подпускающий к себе ни одного альфу и не переваривающий отношения в принципе, и молодой студент-альфа, совсем недавно вернувшийся из-за границы. Что их может связывать? Правильно. Слишком тяжёлая для обоих тайна из прошлого.

Мин Юнги обожает секс с Пак Чимином. А Чимин обожает секс... с кем угодно. История, в которой у Чимина расстройство сексуального поведения, а Юнги жутко ревнивый. /// – Что такое, карамелька? – Юнги наклонился ближе и наигранно улыбнулся. – Разве мой член хуже тех, что тебе совали в глотку в мое отсутствие? А раньше он тебе нравился.

— Какого хрена ты тут делаешь? — хрипло бормочет, запоздало моргая. — Я… я хочу помочь тебе с гоном. Юнги издаёт недоверчивый смешок. Он бредит, наверное, да? — Ты серьёзно? (Из-за своей агрессивности Юнги не хочет проводить гон с омегами, а с одним конкретным — особенно. Пак Чимин заявляется без приглашения).

— Я на разгрузочной диете, — грустновато тянет Чимин, а по голосу понятно, что уже смирился, — от эмоций и чувств. Тэхён даже не будет в сотый раз просить своего лучшего друга бросить этого придурка Мина, в которого хочется швырнуть годовым отчетом, да, желательно, потяжелее.

...отсосу? Или история о том, как Чимин крал сперму у начальника.

Мы — безумие из крови и любви.

Что-то есть в его глазах. Что-то нездоровое. Корабельными канатами в них перевязаны отчаяние, страсть, трепет и первобытный ужас... В клубе, где каждый кирпичик греховен похлеще последней бляди, этот, у дальней стены, словно обряды служит: причащается дрянным виски, молится на распутное извивающееся тело, готовится к панихиде. Ему не выжить в угаре этой красоты. Ему не спастись.

И будь всё трижды проклято — Чимин не знает, почему в ворохе запутанных, слепяще-ярких воспоминаний о том вечере он умудрился выцепить и запомнить его. Четыре буквы, два слога, одно имя. Вспыхивающий в воспалённом сознании я-не-могу-тебя-развидеть-взгляд. Хорошим мальчикам, вроде него, явно не место среди зрителей подпольных боёв (и уж точно не место рядом с их участником).

Тех, кто обладал особой силой и защищал народ, называли Спасателями. Юнги был лучшим из лучших в этих рядах, но одна ошибка перевернула всю его жизнь. Теперь он вынужден влачить жалкое существование, смирившись с тем, что геройское прошлое не вернется. Однако ему делают весьма странное предложение, от которого он не может отказаться.

В общем, правила довольно просты, а по мнению Чимина – ещё и глупы. Рандомно выбранная пара должна за неделю до дня всех влюбленных сходить на энное количество свиданий и в доказательство этого на каждом из них обменяться подписанными карточками. А на сам праздник заявиться под ручку и, предоставив доказательства, ещё и поцеловаться при всех, чтобы закрепить результат. AU, в котором популярному омеге в пару достаётся неприметный ботан

Чимин никогда бы не подумал, что будет таким же, как эти японские извращенцы в метро, потирающиеся о школьниц. Ну, вот честно, Пак Чимин не извращенец, просто... так получилось. Он не виноват, правда, но подозрительный взгляд блондина и стремительно краснеющие щёки в сантиметре от его лица говорят об обратном, громогласно и без слов обвиняя его в этом.

Он всегда стряхивает снег с шапки за порогом, заходит, просит латте с корицей и карамельным сиропом. Человек привычки, да? Всегда меняются только книжки. И эмоции. Как на карусели — лица.

Тяжелая болезнь рушит все планы на жизнь весьма успешного Альфы. Самые близкие люди словно отравляют его кровь, поражая ранее здоровое тело лейкемией. После очередного предательства Чонгук теряет смысл бороться, принимая свою судьбу. Ему уже ничего не нужно... или нет?

Верите ли вы, в любовь с первого взгляда? В любовь настолько сильную и яркую, что она зажигает вас даже в самые тёмные времена? Верите ли вы, что где-то в этом мире есть человек, которому суждено появится в вашей жизни и перевернуть её с ног на голову? Чимин не верил. Пока не встретил его. Ким Намджуна. История о том, что жить для себя - это не эгоизм, а любить себя - это не порок.

Что страшнее всего для человека? Смерть? Неизвестность? Вечная мерзлота? А что, если соединить все эти факторы воедино? Что, если взять одного конкретного человека, никогда не бывавшего на поверхности и без какого-либо шанса на спасение выбросить того за привычную зону комфорта? Как он поведёт себя тогда? Сможет ли выжить в совершенно незнакомом и столь враждебно настроенном мире? До недавнего времени Юнги с полной уверенностью сказал бы, что нет — не сможет. Выжить на поверхности невозможно.

— После родов твоего малыша заберут. Ты готов к этому? — Нет. Я не хочу его отдавать. Юнги тридцать два, и он хочет ребёнка. Но вся проблема в том, что он женат на бете. Чимину — шестнадцать, и он на пятом месяце беременности. Впереди у него лишь неопределённость и мрак.

Сейчас на лице нет ни улыбки, ни румянца. И глаза плотно сомкнуты, и лоб, и заострившийся нос, и худые впалые щеки покрыты идеально-белым. Ослепительно-жгучим. Злым. Неживым. Впрочем, есть еще и алое. Оно непрестанно выступает меж ягодиц, пачкает больничную рубашку и белоснежные простыни. Утекает и жизнь вымывает у лежащего на операционном столе молодого мужчины.

Чон Чонгук был влюблён в этого омегу ровно столько, сколько себя помнит.

Из-за домогательств начальника, Чимин вынужден пойти на сделку с ненавистным соседом-бабником... Или история о том, куда заводят последствия взаимовыгодных договоренностей.

Он надвигался на них, окруженный бесчисленной армией, которая расползалась вокруг города саранчой, не оставляя пути для побега. На копья передней линии войск были насажены человеческие головы, пустые глазницы которых преследовали выживших во снах. Только никто из тех, на кого он обрушался, не выживал. Гук+Юн=Гукюн.