Мира уже две недели ловила себя на мысли, что между Руми и Зои что-то изменилось. Мира наблюдала, анализировала, но ответа не находила. Пока они не оказались в бане.

Руми тянет за поводок на себя, проверяя, хорошо ли всё пристёгнуто. Зои молчит: спрашивать, откуда это у неё, логики нет, так называемые скелеты в шкафу у Руми не только метафорично, но и буквально быть могут, ошейник – самое простое из того, что девушка могла предложить.

Как появление какого-то парня так могло изменить порядок, который устанавливался между близкими подругами несколько лет?

Через минуту её схватили за фиолетовую косу, которая уже начала распускаться и резко потянулись, заставив обладательницу волос запрокинуть голову, оторвавшись от поцелуя. Мира ещё несколько раз шлепнула её по заднице, кожа которой уже начала краснеть. Вскоре Руми почувствовала приближение очередного оргазма и попыталась отползти, но её крепко держали за косу. Зои вновь проскользнула в её рот, яростно кружав нем.

Если честно, Руми не хотела, чтобы девочки видели её такой. Её усталость и боль всегда скрывали в себе что-то грубое и уродливое. Что-то с ярким привкусом лжи. И Руми правда никогда не понимала, было ли это правильно, но... Или: Победа над Гви-Ма далась Руми немного сложнее, чем она думала изначально. Она пытается справиться со всеми проблемами этого мира. Как всегда, впрочем. Но не то чтобы Мира хочет мириться с этим снова.

— Может посмотрим что-нибудь романтичное? — Оборачивается к ним Зои, указывая на старый ромком двухтысячных. — Как вам? Включаю? — Руми молча кивает, поднимая взгляд на лицо Миры, но замечает только её напряжение.

Взгляд Миры всегда был жадным, прикованным к Руми. Её манила не столько сила лидера, сколько тайна, что пряталась под самой кожей. Но видела всё лишь Зои — и голод одной, и хрупкую броню другой. Теперь, когда последний демон повержен и все секреты раскрыты, её тихое приглашение в джакузи становится ласковой ловушкой. И Руми больше некуда бежать.

Ей казалось, что она была трезвее всех, но вела себя безрассудно. Её мозг явно был отключен, когда она зажимала её в туалете и отчаянно лезла руками под черный топ, обнажающий рельефный живот. Её мозг был отключен, когда она проникала в её рот языком и сжимала волосы, отрывая от себя и переходя на шею, так приятно пахнущую парфюмом.

— Ну, — Зои растягивается в улыбке и переворачивается лицом к Мире, ехидно заглядывая той в глаза, — ножницы? — Мира смотрит на нее с недоумением и в вопросе выгибает бровь. — Боже, Зои...