Еды в повседневном рационе становится все меньше, а переживаний и проблем — больше. Чонин бы и рад не вести дневник питания, кушать больше вкусностей, а потом не волноваться на этот счёт. Несмотря на это, Чонин думает, что он хорошо справляется. Вернее, ему так казалось, пока Минхо, старший брат друга, не начинает что-то подозревать. – Ты никогда не отказывался от моей выпечки, Чонин.

Его часто сравнивали с солнцем, и вот сейчас он пытается создать свою собственную вселенную. С звёздами и планетами. Только вот, вокруг солнца крутится вся солнечная система и все что ей принадлежит, но сама вселенная не принадлежит Ли Феликсу, и никто не крутиться вокруг него.

Звёзды никогда не пропадут с неба, они будут веками освещать мир людям по ночам и, среди миллиардов маленьких точек, на небе будут несколько абсолютно необыкновенных, других. Миллиард обычных и особенные — вышитые в небе звёзды, которые продолжат напоминать о самом лучшем и самом худшем времени в жизни ребят.

Джисон не думал что зайдет так далеко. Но в этом поможет ему Минхо.

Он умер, как и вера в добро, любовь, справедливость. Умер. Как и души людей так и не узнав, что такое счастье. Теперь он разбит на миллионы осколков, как сердца всех сидящих вокруг. И рассыпаясь пылью по миру, никто не узнает… Откуда взялась эта пыль? Почему она так сияет? Прилетела со звезд, чтобы озарить мир своим мерцанием. Сделать миллионы людей счастливыми. Никто не узнает, сколько боли в каждом гаснущем огоньке. Сколько сломанных судеб… Кабинет 42, 10а класс…

Ли Феликс — подросток, который живет в тени своего отца. Несмотря на успешную карьеру и его статус в обществе, в доме царит жесткая атмосфера контроля и насилия. В один день, Феликс решает подняться на крышу высокого здания и покончить с собой. Но в самый последний момент, когда он готов сделать шаг в пустоту, его останавливает Хенджин, хватая за руку. В тот день жизнь Феликса разделилась на до и после...

– Ты вечно смотришь мимо своей судьбы, но она рядом с тобой и ближе, чем ты думаешь. Вижу тебя насквозь, мальчик. Вижу, как ты не уверен в понимании себя самого и других. Но знаешь, что я тебе скажу? Иногда, чтобы понять другого, нужно стать этим другим. “Две разбитые души, каждая со своими шрамами, нашли друг в друге то, что не могли найти в себе: надежду, которая не спасает от боли, но учит жить сквозь неё.”

Феликс перестал есть. Зато начал притворяться.

Рей знает, что сломан. Знает это с самого детства и даже не пытается ухватиться хоть за что-нибудь, что могло бы его спасти. Рей решил не спасаться.

Парень открывает глаза, и откидывает взглядом комнату. Монстров же не существует, верно? Но это не мешает ему, под угрожающий взгляд чудища из угла, выткнуть телефон из розетки и отправиться на кухню выпить кофе. Монстров конечно не существует, но что тогда такое галлюцинации? Галлюцинации которые на 100% кажутся реальными...

Герои, злодеи и ничего среднего. Ни для чего другого нет места. Дети без причуд были здесь такой же редкостью, как и обладатели способностей в Йокогаме, но уровень самоубийств среди них был таким же высоким, как и среди тех, кто родился со способностями. Контраст был почти ироничным. В Йокогаме боялись способностей, не любили, когда что-то скрывали или использовали в своих целях. Здесь причуды были нормой, они были заложены в их ДНК, и этот факт, конечно ж, заинтересовал Мори.

Джисон – начинающий режиссёр.На конференции один очень богатый спонсор соглашается финансировать фильм,если там будет сниматься его сын – Минхо.

Одно неосторожное слово - и вот уже Феликс боится набрать вес. Сынмин ничего не может с этим сделать, но когда Ли падает в голодный обморок посреди их кухни, берет все в свои руки

Прошлое оставило на нем шрамы. Хенджин — заставил их снова болеть. Феликс не ищет сближения. Он привык жить в тишине, где боль становится фоном, а чувства — чем-то опасным. Но все меняется, когда рядом оказывается тот, кто не отступает. А вместе с ним возвращается и то, что Феликс считал давно похороненным.