—Но всё же зачем ты это сделала? Ты же их не знаешь. Меня не знаешь. Она улыбнулась, чувствуя неловкость: —А что, нужно обязательно знать человека, чтобы поступить правильно? И тогда он почувствовал это — странное тепло, растекающееся по груди.

«Саске, ты же понимаешь, что не сможешь вечно удерживать её при себе?» — с придыханием усмехнулась Сакура ему на ухо. Он тут же нахмурил брови. “Смогу”. «Саске, ей же когда-нибудь придётся выйти замуж». Он повернулся к ней, и складка между его бровями стала ещё глубже. «Нет, не думаю».

— Нет, я знаю всё. Я… я читала историю, — выпалила Момо, понимая, что перешла черту. Вместо ожидаемого смеха или гневной отповеди в глазах Ким Док Чжа промелькнула искра интереса. Он подошел ближе, внимательно рассматривая ее лицо. “Докажи,” – потребовал он.

“Ого, а что это такое?” – воскликнула Рами, заметив текст на странице. Чикита сразу же захлопнула блокнот, как будто он был чем-то горячим. “Да так, ничего, – пробормотала она, стараясь скрыть своё смущение. – Просто заметки.” “Заметки?” – с подозрением спросила Фарита. – “Что за заметки?” “Да ничего особенного”, – попыталась отмахнуться Чикита. “Ну-ну, мы же видели, там про чувства какие-то писалось, – сказала Аса, с хитрой улыбкой. – Ты что, влюбилась?"

"Так весело! Помнишь, как ты пыталась меня поцеловать? Это было странно. Но фотка классная!" "Я убью тебя. Забери свои слова обратно или я не выпущу песню, Бруно"

— Извините... Это... это ваши картины? — Ну, мои почеркушки, да. — Они... они прекрасны. Вы... вы видите его именно таким? — Спасибо. Но знаете, за такие шедевры платят обычно не деньгами. — Чем же?.. — Думаю, сойдёт и просто... поцелуй.

...Какаши медленно поставил чашку на стол и вздохнул. "Кто это начал?" — произнёс он, и улыбка дрогнула на его губах, когда взгляд Сакуры устремился на него. Затем Наруто и Саске. Они были озадачены целую долгую минуту... Потому что им нужно было вспомнить, каково это было тогда... И хранить это в памяти.

Весь интернет скучает по айдолу Рами. Но только Ахён знает, как тоскует по простой девушке за больничной дверью

– В общем, Фрекен Бок, убери это! Но так, чтобы глаз радовался! – А сам-то что? Руки отвалились? Или твоё величество может только пачкать? Спорим, что если я сейчас уйду, ты даже не сдвинешь с места эту сломанную табуретку? Он замер. Его детское, взрывное эго не могло отказаться от вызова. — ДА ЗАКРОЙСЯ УЖЕ! Договорились! Вон отсюда! Не мешай гению творить!

– Данте, ты никогда не скучаешь? – спросила она однажды. – Скучаю? – переспросил он. – Как говорил Оскар Уайльд: “Самый лучший способ удержать себя от уныния — это найти кого-нибудь, кто нуждается в твоей помощи”. У меня нет времени на скуку. Я постоянно занимаюсь "самосовершенствованием". Солли поняла, что это бесполезно. Он никогда не изменится. Он всегда будет таким — спокойным, философствующим и немного ленивым.