В любых отношениях бывает место ревности, но Алфедов никогда не понимал её. Казалось, ревность должна, просто обязана быть вызвана недоверием и быссмысленной тревогой – неуверенностью в себе. По сути, так оно и было. И он принял как должное факт того, что она вызывала одну лишь неприязнь в любых взаимоотношениях. Это очень грязное чувство, мешающее в дружбе, любви, близости. И все таки, может лишь слегка, его будоражила мысль о ревности Санчеза. Хотя возможно, вовсе это было не слегка.

Для всех Санчез был хитрым милым парнишей – умен и привлекателен, как он говорил. Но перед Алфедовым хотелось быть сильнее, важнее. Его хотелось защищать, оберегать от всех бед. Но может быть Алфедов не нуждался в защите?

Алфедов, оказавшись один на ледниках Санчеза, ловит паническую атаку. А Санчез конечно же приходит и помогает ему справиться с тревогой.

Санчез ненавидит отпуски. Возможность есть до отвала и нежиться на солнце — не самое плохое занятие на свете, но он, как истинный трудоголик, уже считает часы до возвращения домой. Туда, где ждёт привычный гул только что собранного компьютера и донер из соседнего ларька. Он твёрдо намерен продержаться эти две недели, прилежно отыгрывая роль отдыхающего. Но Санчез не учёл одну переменную, способную смешать все планы в одно мгновение — внезапную встречу, отозвавшуюся тёплыми волнами в сердце

Санчез был...другим. И Алфедов принял считать, что он по крайней мере забавный. Но возможно, что то заставит его осознать, что между ними и правда что то есть. И возможно, подарить ему награду за все, что тот пытается для него сделать.