Приехав в столицу на зимнюю сессию, Тэхён остановился в доме друга отца. Кто же знал, что друг окажется самим мэром Сеула, а его сын — той ещё занозой в заднице.

да здравствует наше лучшее будущее, освобождайтесь и возноситесь.

Чонгук выглядит способным нокаутировать весь зал, но отчаянность в некоторых его движениях ещё совсем щенячья. Ви выглядит способным весь зал завести и бросить за секунду до экстаза, но ошеломлённость в его глазах совсем Тэхёновская. У Чонгука грация зверя, у Тэхёна – бабочки. На экране происходит чистый секс, но за ним – скрытое, случайно снятое на камеру волшебство.

Город как живой организм, нацеленный на выживание, обживая среду, он приспосабливается и приспосабливает ее под себя, перемалывая людские судьбы. Как человеку умудриться выжить в мире жестокости и сохранить душу.

— Я сомневаюсь, что в этом мире есть хоть что-то, что заставит меня полюбить байки, — Чонгук фыркнул и, развернувшись, ушел в кабинет. — Может быть, кто-то заставит, — Чимин бросил эту фразу, не особо думая над ней. Гук подросток, увлекающийся флористикой, читающий романы и мечтающий о красивой любви. А Тэхен байкер, которому пришлось полюбить цветы.

Продолжение фанфика "Место заключения". Прошлое осталось в прошлом, будущее виднелось туманно, а настоящее вполне устраивало. Но так ли это на самом деле? Чонгук бы хотел заглянуть хотя бы на месяц вперед и понять, что у них с Тэхеном до сих пор все прекрасно. Но это, увы, было нереально. Поэтому все, что Чону оставалось — продолжать жить настоящим, расследовать дела на работе и нежиться в объятиях Кима. До поры до времени, конечно же.

Тэхён, устало усевшись на чемодан, закурил «Ньюпорт» и перевёл раненый взгляд на старый тусклый дом Юнги, в котором они с друзьями провели почти всё детство. Знойное полуденное солнце припекло русую макушку. Тэхён повернул голову назад и ладонью, которой не держал сигарету, прикрыл глаза от ярких лучей. Родные сердцу болота встретили молчанием. За одиннадцать лет в Лэйтон-Бэй ничего не изменилось. Вчера на заднем дворе дома Юнги нашли останки его брата, а сегодня здесь вновь стоит тишина.

— Мы с тобой не друзья. Запомни уже нахрен: не друзья. И никогда не будем.

Чонгуку поручают найти и уничтожить сердце дракона. Он почти справляется. Только вот это скорее дракон находит его — Чонгука — и... уничтожает?

перед чонгуком – бескрайнее зелёное поле, уходящее под возвышающиеся над землёй горы, сломанная машина и один полуголый загорелый альфа на своём ранчо, не обращающий на него никакого внимания. а ещё есть противный, говорящий овощ и правила съёма фермера с приглашением на секс в сеновале.

— Предлагаю проехаться, скажем, кругов пять. Только ты и я. Никаких правил, никаких запретов. В духе стритрейсинга — победа любой ценой. У меня будет только одна просьба — не расшибись. Никому не охота отвечать потом за твою задницу. Да и байк восстанавливать после аварии слишком долго, — ехидничает тренер. — Типа, хотите проучить меня, как нашкодившего котенка? Показать, кто тут папка? — фыркает Чонгук. — Типа, хочу показать, что не ты один умеешь выпендриваться

«Никогда не скрывай, кто ты», — слышал где-то Чонгук и был рад следовать этому правилу всегда. Только иногда обстоятельства вынуждают надевать маску совершенно другого человека. История о том, как Чонгук работал под прикрытием с целью завоевания доверия у сына мафии, еще не зная, к чему это может привести.

Этот мужчина болен хроническим символизмом и считает себя драконом, сжигающим собственное нутро. На безлюдном шоссе вдали от города он встречает человека, любовь к которому живет в нем со студенческих лет, и впоследствии узнаёт, что тот тоже болен. Болезнью несколько страшнее, но тоже похожей на самосожжение. [Случайная встреча спустя сорок месяцев разлуки, чтобы двое увидели, во что разрыв превратил каждого из них.]

Фантастическая мечта исполнилась. Чонгук будет жить. Чонгук вне опасности. А чтобы он никогда больше ей не подвергался, нужно лишь держаться подальше.

Вампиры — привычная и неотъемлемая часть жизни. Однако детектив Чонгук никогда не мог понять, почему каждый раз, когда один из них оказывается рядом, в его груди разгорается пламя ненависти. Так было всегда, пока обстоятельства не вынудили его работать с Тэхёном — вампиром, который с самого начала вызывал у Чонгука не отвращение, а нечто совершенно иное.

– Ты когда-нибудь раньше видел, как Чон Чонгук содрогается в рыданиях, стоя на коленях? – прохрипел Хосок, обречённо закрывая лицо широкими ладонями. – И я не видел. Не видел до тех пор, пока он не встретил тебя, Ким Тэхён.

Под покровом ночи, смерть в свои лапы заберёт порочную жизнь, сняв оковы мести с крупных плеч. Ведь уродство не прощается.

О бесконечности сахарных соединений и горьком уличном дожде, под которым тают. Потрачено. В молодости несчастны все.

Если бы Тэхен только знал, к чему это приведет, он бы никогда не нажал чертову кнопку «Прослушать».

— Знаешь, почему Запад называют «Диким»?