— клубничный дайкири для одного сексуального мужчины с обалденным запахом и самыми красивыми, но грустными глазами.

— я вижу тебя всего второй раз в жизни, но ты уже пробрался мне под кожу, — чонгук тычет себя в грудь, туда, где грохочет смятённое сердце, а тэхён раскатисто смеётся, запрокидывая голову и сверкая вылезшими острыми клыками. — признайся, что околдовал меня.

чонгук прекрасно понимает, что влечение не должно быть таким разрушающим и чрезмерным. влечение к парню, которого он помнит угловатым десятилетним мальчишкой с сияющим взглядом, стёсанными после катания на роликах коленями и смешной причёской под горшок. он ведь замужем, чёрт возьми. он ведь…

Два мира. Две силы, столкнувшиеся по воле провидения. Судьба неумолима.

Свадебное путешествие обречённых отношений приводит Ким Тэхёна к истории пятидесятилетней давности. Среди виноградников и золотистых полей солнечной Италии, Тэхён соединяет два потерявшихся сердца. И кажется, отдаёт в надёжные руки своё.

Он медленно подходит к сестре, та стоит к нему спиной. — У тебя очень… приятный мужчина, — тихо говорит Чонгук, глядя ей на макушку. — Да, Тэхён замечательный, — отвечает Суа, и он слышит улыбку в ее голосе. — Ну да, — тянет Чонгук. — И трахается охрененно. У меня до сих пор задница болит. Или AU о трёх знакомствах Чонгука и Тэхёна.

Хочется сейчас сжать эту шею и завалить Тэхёна на стол, прижать к нему лопатками и придавить сверху всем телом. Заставить, сука, пожалеть о каждом сказанном слове, которые с цепи срывают все чувства и инстинкты, а терпение не железное. А еще до безумия не хватает этого сладкого сливочного аромата на себе, и от мыслей, что его мог вдыхать кто-то другой и быть так близко, хочется что-то разъебать. — Не забудь, завтра в десять мы разводимся. — Разве я могу забыть об этом? — усмехается Чонгук.

— Хорошее шоу мясом не назовут...

— Чего тебе? — рокочет Чонгук. Голос у него такой низкий, что у Тэхёна вибрирует где-то в районе желудка. Но Тэхён не был бы собой, если бы позволил какой-то груде мышц испортить ему праздник. Он лишь фыркает, демонстративно упирает свободную руку в бок и выжидающе вздергивает подбородок. — "Чего тебе"? — ядовито шипит он, копируя интонацию альфы. — Ты где этикет учил, в пещере? Сдвинь свой бампер, ты перекрываешь мне путь.