ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ! В данной главе присутствует 18+ контент (а точнее детально описан половой акт между двумя мужчинами). Если вам такое неприятно, прошу не читать это, а после не высказывать свое негодование в комментариях! Спасибо за внимание. Приятного прочтения.

У Чонина золотая рыбка и самое чистое в мире закрытое сердце. У Сынмина душа ребенка и желание дружить. Сынмин обозначил Чонина звездным мальчиком, Чонин его - пустышкой. Потом он передумал.. У Чонина горе от ума, у Сынмина ума нет - только чувства. Звездный мальчик Сынмина оберегал. Сынмин звездного мальчика всем сердцем однажды полюбил.

Сынмин просто проиграл в карты на желание, и ему загадали : влюбить в себя отстранённого старосту ботаника — Ян Чонина. Но есть одно правило : не влюбится самому..

— Ну ты там долго ещё? — кричит Сынмин из гостиной. — Всё готово! — отвечает ему Ян и выходит из ванной. Теперь его волосы уже нежно-розовые. Минни сидит и хлопает своими глазами, смотря на Йенну. Настолько красивым он его ещё никогда не видел.

Ян Чонин – юный гонщик, чья кровь кипит адреналином, а сердце бьется в унисон со скоростью. Ким Сынмин – пирсер, нашедший в неоновых огнях ночных гонок эстетику опасности, приходящий полюбоваться этим смертельным танцем. Казалось, ничто не предвещало пересечения их путей.

— Давай станем психами? — серьезно спросил, взглянув на небо. — Мы и так психи. Куда еще, идиот? — Чонин очередной раз кинул в него мяч, вновь попавший тому по носу. — Придурок, опять ебанул меня мячом? — зашипел Сынмин. — Ты заслужил. — довольно улыбнувшись, пожал плечами школьник.

Сынмин не любит запах сигарет, побои и алкоголь. Но Сынмин любит Чонина, который из этого и состоит. Или школьное AU, в котором Ян Чонин далеко не солнце, а Ким Сынмин слишком зависим.

У Сынмина в жизни много друзей, амбиций и мечт. А враг всего один – учеба. А рядом крутится его первая и единственная любовь, такой правильный и до одури красивый Ян Чонин, который готов помочь справиться с этим неукротимым зверем под названием высшая математика. Сможет ли Сынмин сфокусироваться, когда Ян сидит непозволительно близко, вырисовывая своими прекрасными руками цифры в тетради в клеточку? Нет. Конечно же не сможет.

Сынмин никогда не славился уступчивостью или покладистостью. Ни в чём. А потом появился Чонин.

— Поехали ко мне. — Вы настолько в депрессии, что готовы со мной переспать? — широко распахивает глаза младший, тыкая в грудь пальцем. — Я не в депрессии, — ухмыляется Сынмин. — Это первое. Второе, если будешь дальше обращаться на "Вы" в такой обстановке, то я тебя ударю. А третье, — у глубоко вдыхает, собираясь с мыслями, но все же заканчивает.— Я так чертовски хочу тебя уже года два.

— Влюбляться надо в мае. — Хорошо, — самими губами прошептал Ян. — Тогда я подожду тебя до мая.

Чонин был его реминисценцией. Уникальным воспоминанием, призрачным чувством дежавю. Звездой, что находилась на расстоянии вытянутой руки, но когда потянешься – не достать. — Какое твое заветное желание? — точно продолжая их игру, о которой оба, по честному, забыли, Чонин задает вопрос. «Поцеловать тебя».

Их мизинцы крепко держатся друг за друга, а сердца – за любовь, которая в юные тела вселяла жизнь. И пока город засыпал, просыпалась их любовь.