Райна, новобранец разведки, выживает в мире строгих приказов и изнурительных тренировок. Один вечер в баре обещает ей глоток свободы, но встреча с тенью из её прошлого превращает редкий отдых в минное поле, грозящее раскрыть чувства, которые должны были остаться похороненными.

Всё было предсказуемо — и всё равно интригующе. Потому что даже в этой предсказуемости таилась своя прелесть: наблюдать, как она верит в свою победу над ним, совершенно не подозревая, что он давно просчитал все её ходы.

Мысли путаются, сплетаясь в комок противоречий: Ненависть. Жалость. Желание. Страх. Любовь. Любовь? Да, чёрт побери, любовь. Извращённая, уродливая, выросшая на крови и грязи, но это всё, что у нас есть.

Одри переехала в новую квартиру, надеясь создать тихий и уютный островок. Вместо этого она получила наглого соседа, от которого сложно избавиться и слишком легко влюбиться.

Одри и представить не могла, что её назначение в детективное агентство “Астрея” обернётся чем-то большим, чем просто работой. Что если она не просто "достойная замена" Астреи как ее назвал Малек, а законная наследница ее силы? В её крови проснулась сила, о которой давно шептали легенды, сила древней хранительницы света. Готова ли она пожертвовать своей прежней жизнью ради высшей цели?

В городе начинают появляться пугающие «экспозиции»: тела женщин, превращённые в странные произведения искусства. Убийца не оставляет следов и будто создаёт выставку для тех, кто готов смотреть. Когда следствие заходит в тупик, к делу привлекают психиатра Одри. Разбирая логику преступника, она понимает: это не просто убийства. Это высказывание. И каждая новая «работа» – часть чужой, извращённой философии красоты.

Дьявол кроется в деталях.

Я не видела его уже столько лет, но один только его профиль унес меня в прошлое: университетские будни, его улыбка, глаза, смотрящие на меня. Всё нахлынуло: как он смеялся со мной, милое прозвище «ведьмочка», как однажды случайно задел мою руку на семинаре — и я едва не забыла, как дышать. А потом вспомнился тот вечер. Тот единственный вечер, когда мы позволили себе больше, чем могли…

Я обернулась к Давиду и Фелонии, и на моём лице появилось выражение, которое без слов говорило всё: страх, паника и смущение одновременно. — Я… её потеряла. С кольцами. Фелония уставилась на меня с таким взглядом, что я невольно сжалась, чувствуя, как плечи опускаются под тяжестью её оценки. — Ты… что?! — выдохнула она, голос дрогнул от нарастающей ярости, переходящей почти в шок. — Ты потеряла сумку? С кольцами?! Вы буквально протрахали кольца, Одри!

Давид больше не мог дышать, видеть, слышать. Настолько беспомощным оказался. Кто спасет его, когда спасать должен он? Давид подвел Одри. Она верила, слепо верила им всем — отдала на сохранение самое ценное: свою душу. Давид обещал ей. Шепфа, сколько всего он ей обещал, и больше всего в его ничтожной жизни мечтал исполнить обещания, данные единственной любимой женщине. Но теперь Одри задыхалась собственной кровью.