Он почти бездумно провел рукой по ноге Тэхёна, приподнимая за щиколотку и ставя ботинок себе на колено. Слегка подрагивающей рукой — черт, все-таки завелся — провел салфеткой по носку, убирая грязь. А подняв глаза на Тэхёна, ощутил уже почти давно забытое чувство смущения. Тот смотрел на него с шоком, но в глубине зрачков виднелась та тьма, которую так хотел увидеть Чонгук. Желание обладать. Подавить.

"Мой милый Гуки, я уже совсем близко. Я спасу тебя от их грязных и мерзких прикосновений. Твоего хрустального тельца могу касаться только я, ведь я знаю о тебе все. Знаю, где надавить, чтобы ты рассыпался на мелкие осколки. Знаю, что сказать, чтобы ты залился румянцем. Знаю, как к тебе прикоснуться, чтобы ты вспоминал меня потом долго-долго. Они тебе этого не дадут. Они ничего не могут тебе дать."

Тэхён мечтал об идеальной жизни. Он дал ей и себе ещё один шанс. Он воплотил свою мечту, где главным было это — свобода. Та самая, где… …в любом случае в его жизни появился Арои-Чон Чонгук.

Тэхён не хочет ни учиться, ни работать. Все его в этом упрекают: родители хотят сделать из него успешного человека, а знакомые просто не понимают, как можно ни о чём не желать, да лишь на кровати полеживать. Но ему всё равно. В его жизни уже давно есть тот, кто, наоборот, хочет, чтобы он занимался тем, к чему так пристрастен, но с неким уточнением: чтобы омега всегда лежал в его кровати.

Тэхён наверняка потеряет всё, если согласится на предложение Чонгука. И заодно обретёт то, чего никогда не имел.

...а точнее, один конкретный чат в Telegram, куда Чонгук имел неосторожность загрузить провокационное видео, в надежде подразнить своего любимого автора фанфиков...

— Ну что ж, мы можем друг другу подрочить. — Подрочить я могу дома в одиночестве. — Окей. Я могу тебе отсосать. — Серьезно? Я тоже могу, но мне этого мало...

— Да, тут такое дело. Тэхен не совсем на сто процентов мой сотрудник, но… — Я вообще не его сотрудник. — Тэхен сложил руки на груди. Он согласился помочь брату, но извиваться ужом на сковороде он не подписывался. — Но он тоже работает в сфере услуг, — закончил предложение Хосок. — Тоже? — с вызовом уточнил Тэхен, выпучив глаза на брата, который всей своей богатой мимикой умолял подыграть. — Может, сфера и одна, но услуги офигеть какие разные.

— Стафф, тебя не учили здороваться? — вдруг обращается к нему мужчина. — Я так понял, сегодня все решили меня вывести из себя. Принеси мне кофе. Без сахара, но со сливками. Ну, ты должен знать, — уверенно заявляет тот. Чонгук, конечно, согласен, что не здороваться не вежливо, но такое обращение он не потерпит — не в его правилах. Он осматривает незнакомца пристально ещё раз. — Может, тебе ещё отсосать? — Чонгук приподнимает бровь вопросительно.

Конец XIX века. Наследник влиятельного дома заключает сделку, в которой предметом торга становится не товар, а омега. Один час наедине.

— Мы можем продолжить экскурсию в более приватной обстановке? — Мы можем продолжить экскурсию на мне. AU, где Тэхён — турист, а ещё противник курортных романов, и Чонгук — самый сексуальный гид на острове Крит, с которым Ким впервые в жизни проебался.

В ординатора-первогодку Чон Чонгука восемь лет безответно влюблён альфа, заведующий хирургией Ким Сокджин мечтает о ребёнке, а вокруг старшего медбрата Пак Чимина то ни одного достойного альфы, то сразу два.

У вас когда-нибудь бывало чувство, что вы знаете человека тысячу лет, хотя на самом деле видите его впервые в жизни? Ощущение, при котором с человеком становится уютно и спокойно, будто он это вы сами, только в другом лице. Словно незримая нить натягивается между вами до предела, но все никак не может порваться. Вот и у Тэхена такого не было. До сегодняшнего дня.

Соглашаясь стать стажёром, Тэхён поставил одно условие: господин Бан будет отвечать отказом на поступающие от альф просьбы о частной встрече с ним. Приняв желание омеги, тот все же внес коррективы в их сделку, добавляя: «Пока не появится тот, кому нельзя будет отказать». Три года правило срабатывало без исключений, «пока» не появился господин Чон, невозможность отказа которому понимал даже сам Тэхён.

Чонгук хочет так, чтобы раз и навсегда. Обоюдно, с чувствами и доверием, понимая, что отпустить – значит лишиться шанса обрести собственное счастье. Тэхён, оказавшись запертым в четырех стенах не по собственной воле, его мнения почему-то не разделяет.

Конный спорт – это две жизни, тесно переплетающиеся в одну, и, если ипподром покидает один, спорт должен покинуть и второй. А Ким Тэхён упрямо настаивает дать им шанс.

— Задохнись.

Быть влюблённым в отца лучшего друга — неправильно. Прятаться за закрытыми дверьми, скрывать ваши отношения от близких и с каждым днём всё с большей ненавистью ловить взглядом обручальное кольцо на его безымянном пальце — тоже неправильно. Тэхён знает, что должен сделать: собрать вещи, покинуть дом Алигьери, забыть. Но Чонгук говорит: «Иди ко мне». И Тэхён идёт.

Ким Тэхён – профессиональный вор с тягой к адреналину, обладающий шестым чувством и имеющий за спиной сотни удачных ограблений, а Чон Чонгук – самый обычный бизнесмен. И что может пойти не так, если Тэхён попытается сделать его чуть бедней? Ответ: всё.

Уведомления всплывают на экране одно за другим. Суён: «Мой отец улетает в Дубай, приезжай» Мистер Чон: «Я улетаю в Дубай, поедешь со мной?» Тэхён не задумываясь открывает нужный диалог.