Сердце выпрыгивало из груди, хриплое дыхание рвало лёгкие. Митч старался дышать тише, чтобы не выдать себя. И постепенно осознавал в какой невозможной близости он оказался к Алексу. Навалился всем телом, вжимая в стену. Дышал в ухо, чувствуя на лице его волосы, ощущая запах. А главное и самое ужасное — всей ладонью закрывал его рот. Внутри что-то поднималось и разворачивалось. Хотелось ещё сильнее вжаться, до хруста костей! Хотелось зарыться глубже в светлые волосы и дышать ими, дышать...

Его обвинили молча. Потому что он слишком тихий. Слишком добрый. И гей.
 В маленьком городе слухи растут быстрее травы, но дети всё видят сами.
 «Хореография света» — история не о скандале, а о тепле.
 О мужчине, который умеет слушать.
 И о том, как одно «спасибо» может быть громче, чем любой приговор.

Лета устала быть послушной куклой и клянётся больше не терять себя ради кого бы там ни было. Костя, выгоревший музыкант, ищет хоть какое-то чувство, чтобы не утонуть в апатии. Их сталкивает случай — одна ночь, одна квартира, один этаж. Связь, начавшаяся как попытка заглушить одиночество, становится проверкой: можно ли остаться собой, если впервые по-настоящему хочется быть рядом.

Сава свой собственный главный враг, и вряд ли найдётся хоть кто-то, кто сможет затмить его в этом. Он умеет экспертно, с изощрённой тонкостью колупать себя изнутри, отдирая ногтем засохшую потрескавшуюся побелку со стен воспоминаний, которые так старательно замазывал всем, что оказывалось под рукой. Чтобы потом в очередной раз — в приступе страха, ненависти или тревоги — начать отковыривать корочку никогда не заживающих до конца ран.

Митя — большой фантазёр, и он предложил своему парню раз в месяц отправляться в разные страны, но, поскольку денег у них мало, они будут там мыслями, создавая атмосферу вокруг себя своими руками.

Если бы не ты, ели бы не ты, я бы давно перестал мечтать...

Ночь тихая, лишь лунный свет на плечах и моя ладошка в его надёжной руке. Хотелось крикнуть, чтоб все знали, как я счастлив сейчас, сидя рядом с ним и глядя на отражение звёзд в его глазах.

Герхард - ненавистное место существования Пак Чимина, и, кроме страданий, оно ничего не сулит. Но дом - это же не только стены...