Чонгук ругается зло, болезненно вздрагивает, когда кожа начинает шипеть под накалом покрасневшего стального прута: что бы он, сука, ни делал с этим рисунком, он проявляется снова и снова, восстанавливаясь с невиданной скоростью, уродливо рубцуясь уже через сутки. Знает, что тому неизвестному альфе больно безумно в эту секунду; что его рисунок тоже рубцуется, оставляя того, возможно, в истерике: ведь если факт метки есть в таком виде, но та не пропадает с кожи бесследно, то это значит одно.

Быть Жнецом — и без того дело достаточно сложное, а быть Жнецом-недоучкой в их Академии — это подписать себе приговор. Когда двое предыдущих напарников отошли в мир Иной, Тэхён не расстроился. Однако когда ему дали напарников новых — взвыл волком, без шуток. В их работе есть всего два сраных правила: не влюбляться в тех, кого надо сопроводить, и не попадаться живым на глаза. (Он правда не знает, как так получается, что эти двое дебилов их нарушают. И как нарушил их сам, тоже не в курсе).

Что делать, если ты окружен гомофобами и сам себя к ним с уверенностью относишь, но в твоей жизни появляется красивый до одурения, бесящий тебя до поджимающихся пальцев на ногах парень? История о прекрасном ледяном принце и его личном кролике (и тут не только про божественные глаза и улыбку Чонгука, но и про его... мгм... темперамент).

Ладно — работа под прикрытием, ничего нового, ладно — не где-нибудь, а аж в Великобритании, это тоже вполне можно пережить. Но Хогвартс? И он — Чон Чонгук — должен был стать не абы кем, а учеником Школы чародейства и волшебства…

Чонгук много лет дрейфовал в своем одиночестве, пока на пороге его дома около маяка не упал в обморок парень с собакой на руках.

Чон Чонгук — разочарование и позор семьи. Это звание он нес с извращенной гордостью. Именитые и дорогущие частные школы и интернаты, куда его ссылал любимый отец, с истерикой кричали в трубку, чтобы забирали этого социопата обратно. И какое же «счастье» для Тэхена, что именно его назначили куратором Чонгука, который вернулся из Америки, чтобы продолжить учебу в Корейском национальном университете.

Нельзя смотреть в глаза бездомным дворнягам и городским сумасшедшим. Они тогда точно увяжутся следом. Это же всем известно. Тэхен ни то, ни другое, но в его глаза тоже не следовало смотреть.

Физически между ними – единственная стена, разделяющая квартиры, но такое впечатление, будто между ними – непреодолимая пропасть. au, где Чонгук обретает нового соседа по квартире, в котором оказывается крайне заинтересован. В профессиональном плане, конечно же. Да.

Чонгук поёт в церковном хоре и ведёт мирную, спокойную жизнь. У него учёба в выпускном классе, замечательные родители, младшая сестра и белая кошка. Он и не думает ничего менять, пока в его хрупкое сердце буйным январским ветром не врывается Ким Тэхён — местный задира и отъявленный хулиган, которому, после грабежа, назначили исправительные работы в той самой церкви.

«Только я ими дорожил, — подумал Чон, из последних сил сдерживая слёзы. — Они ему никогда не нужны были». — Ещё что-то? — холодно спросил Тэхён, не отрывая взгляд от компьютера. — Если да, то говори быстрее. Я очень занят. «Ты всегда занят, — пронеслось в голове омеги. — У тебя есть время на всё и всех, кроме меня». — Нет, — едва слышно проговорил Чонгук. — Прощай, Тэхён. История о глубокой любви, которая ничего не даст забыть, даже если ты будешь очень сильно стараться.

"Впереди показался сизый туман, клубящийся над оврагом. Он на месте. Медальон, висевший на мощной шее, вдруг заискрился ярким голубым светом. Туман начал окрашиваться в неоновый зелёный цвет. В нём появились всполохи, очень похожие на молнии. Портал открывался. «Пора! Прощай отец!» " Ты можешь сбежать в другой мир, но истинная любовь тебя и там найдёт.

Вообще, с уровнем своей удачи, Чонгук искренне удивлялся, что был еще жив. В нынешнем мире существовать тяжело, но он научился за полгода. Все происходящее казалось всегда лишь выдумкой голливудского фильма. Даже когда Чонгук работал в лаборатории и лично видел создание этого вируса. Люди сами создали существ, в пищевой цепочке которых был только человек. Иронично. Теперь ему оставалось только выжить и не унести данные о вакцине с собой в могилу.

Иногда совершенно банальные события, могут привести к совершенно неожиданному результату. Казалось бы, Чонгук просто выпил две баночки пива с утра. Ну что могло пойти не так?

... — А это правда, что Луне нужно будет всегда подчиняться Солнцу? — спросил невинно одноклассник. Чонгук прожег взглядом спину парня и крепче сжал карандаш в руке. Если бы они хоть раз видели своими глазами, что происходит в паре так называемых соулмейтов, то не возводили бы чертов романтический ореол вокруг этого дерьма.

— О! Так вы знакомы, — усмехнулся Чон Минджэ. — Это же отлично! Не надо своих женихов узнавать. — Кого?! — вновь заорали все четверо. — Женихов, мальчики, — повторил господин Чон. — Ведь именно по этому поводу мы и собрались сегодня. Познакомить вас. Но, как оказалось, вы уже знакомы. А значит, это судьба. — Отец, это такая шутка? — первым в себя пришёл Чонгук. ***** Романтическая комедия о двух парах, которых родители решили связать фиктивным браком.

— Я превращу вашу жизнь в ад, — процедил он охрипшим голосом, глядя с вызовом. — Заставлю сожалеть о том дне, когда в вашу голову пришла мысль взять меня в мужья.

— Ты знал, что демоны тоже любить могут? — раздалось язвительное. — Я не люблю. Просто хочу. — Ага, — усмехнулся, и Чонгук даже с закрытыми глазами чувствовал этот взгляд. Он сам себе не верил. — Если бы ты просто хотел, то уже давно имел бы. Демоны, Чонгук, ты можешь сломать его волю. Ты можешь сломать его. Буквально. Можешь заставить его ползать перед тобой на коленях и ноги тебе целовать. — Могу. — Тогда почему он еще не у тебя в ногах? — Черт...

«Людям нужно много всего, чтобы почувствовать себя живыми: семья, любовь, секс. Но для того, чтобы на самом деле жить, нужно только одно — чтобы сердце билось».

Хорошую вещь браком не назовешь. Тэхён полностью согласен с этим утверждением, но Чонгук готов поспорить.

Тэхён рывком сел, схватившись за голову. Блядь, как больно-то! — Что за? — На его пальце блеснуло кольцо. Золотое. Изысканное. Обручальное. — Мать вашу, — прошептал он, едва не рухнув обратно на подушку. Альфа рядом потянулся, лениво открыл глаза и посмотрел прямо на омегу. Его голос оказался низким и удивительно спокойным: — Доброе утро, муженёк.