Чонгук стал смелее ласкать и сжимать ягодицы Кима. — Хён, вы такой сладкий... — Если продолжим, ты будешь жалеть об этом потом, — предупредил Ким. — Не буду... Я думал о вас... О тебе... Каждый день... О том поцелуе в кабинете, — с придыханием шептал Чонгук.

— Я сомневаюсь, что в этом мире есть хоть что-то, что заставит меня полюбить байки, — Чонгук фыркнул и, развернувшись, ушел в кабинет. — Может быть, кто-то заставит, — Чимин бросил эту фразу, не особо думая над ней. Гук подросток, увлекающийся флористикой, читающий романы и мечтающий о красивой любви. А Тэхен байкер, которому пришлось полюбить цветы.

Сказка для тех, кто хочет от души посмеяться да поднять себе настрой предновогодний. А коли прочтёте её на праздничных каникулах — начнёте год с улыбки и задора!

Сети дёрнулись с такой силой, что Юнги чуть не полетел в воду. — Какого... — начал он и осёкся. В сетях билось что-то определённо не рыбье. Во-первых, оно ругалось. Во-вторых, ругалось на человеческом языке. В-третьих, ругалось весьма изобретательно, с использованием метафор, которые Юнги не слышал даже в портовых тавернах XVII века. — ...и чтоб у тебя твои же клыки в горле поперек встали, недоразвитый комар в плаще! Сети он ставит! Да я тебя сейчас так...

Тэхён застыл, чувствуя, как по спине пробежала волна мурашек, а сердце замерло. Он никогда не слышал такого голоса — в нем была какая-то первородная сила, нежная и мощная одновременно, как весенний поток, пробивающийся сквозь последний лед. В этом голосе слышались отголоски древних легенд о Хэмосу и принцессе Ёхва, о любви, способной преодолеть любые преграды.

— Отстань, черное крыло! Мне и одному хорошо. Вон, травы надобно запасти на зиму, да и в деревню к роженицам сходить — обещал помочь. — Тебе б самому родить, пока гнездышко твое омежье не засохло! — каркнул ворон. — Часики-то тикают. А из тебя из самого скоро песок как из часов песочных посыплется!

— И что же ты видишь? — Я вижу короля, который достоин трона, — прошептал Чонгук, не отводя взгляда. Он чувствовал ледяное прикосновение и подавлял желание отпрянуть. — И я хочу служить ему. Отпусти Чимина. Его кровь не стоит того. Возьми меня.

Продолжение фф Спаси себя, спаси меня

— Любит ли Бог тебя настолько, чтобы спасти от меня, Чонгук?

- Смотрите, какой сладкий! -группа парней, заседавшая на байках, свирепо уставились в сторону незнакомца. -Чего ты шляешься здесь? Парниша стоял в растерянности, сжимая в руках шлейки рюкзака. Чон Чонгук возвращался домой с курсов. Он решил пойти короткой дорогой , совсем не зная, чем это может ему обернуться. - Кто это у нас тут? Ах, это же малыш Гуки~. С какими судьбами пожаловал?- послышался мягкий, но в то же время грубый мужской голос. Резко тяжелая рука легла на плечо проходимца.

Для Тэхёна этот остров, населенный развратными и вечно похотливыми нимфами Гелиоса, с самого начала стал изгнанием, но этот Чонгук... помяни Олимп его слово.

— Красивый… Какой ты сука — красивый… Наверное, пользуешься спросом? Да, шлюшка? Одной рукой удерживая сведённые над головой руки Кима и выцеловывая атласную кожу, шепчет Чон.

Общество, в котором красота — второй по дороговизне «товар» на рынке. Родители предпочитают тратиться не на образование ребенка, а на пластических хирургов, чтобы в будущем, если он сможет привлечь внимание кого-то из картеля, обеспечить себе безбедную и безопасную жизнь. Семье Феликса повезло больше: тратиться на его внешность не пришлось, ведь он красивым родился. О том, что красота не обещает счастья, его никто не предупредил.

— Чего тебе? — рокочет Чонгук. Голос у него такой низкий, что у Тэхёна вибрирует где-то в районе желудка. Но Тэхён не был бы собой, если бы позволил какой-то груде мышц испортить ему праздник. Он лишь фыркает, демонстративно упирает свободную руку в бок и выжидающе вздергивает подбородок. — "Чего тебе"? — ядовито шипит он, копируя интонацию альфы. — Ты где этикет учил, в пещере? Сдвинь свой бампер, ты перекрываешь мне путь.

Его инстинкт кричал о том, что он должен позаботиться об этом альфе, и Чонгук не мог ему сопротивляться. Это чувство такое отчаянное, пугало его своей силой. Наверняка Тэхён ощущал то же самое. Чонгук никогда не думал, что это случится с ним. Хватило одного взгляда, одного вдоха. Больше ничего не имело значения.

Чонгук — гибрид-зайчик в бегах. Тэхен — охотник, который должен его поймать. Всё идёт по плану, пока загнанный кролик не прячется в норе, а охотник не садится рядом и не начинает говорить.