Ёнджун ведёт смычок за взмахом чужих изящных пальцев, которые терпеть не может, как и в целом характер заносчивого дирижёра с раздутым самомнением. А тот... просто не умеет бояться и совершать ошибки.

Бомгю, с фотоаппаратом наготове, охотится за красивым видом в утренней заре. Но его, казалось бы, самый успешный снимок омрачается появившимся невесть откуда скейтером Ёнджуном, не знающим, что такое личные границы и совесть.

Спасать того, кто измывался над ним последние два года, совсем не хотелось. Но Бомгю не мог пройти мимо полуживого парня с окровавленным виском. И пусть только попробует назвать его Плюшевым.

Хван Хёнджин, взмахом руки подняв портфель, накрыл весь стол долларовыми купюрами. Медленно наклонился к микрофону и усмехнулся: — Я ставлю на Феликса всё.

Аарон ненавидит Нила, а Нил ненавидит Аарона. Казалось бы их взаимоотношения уже безнадёжны, но общее горе с поразительной скоростью сближает людей. Один может потерять человека, который дарит ему смысл жизни, другой - своего родного брата... Смогут ли они общими усилиями его спасти? Каким может быть Нил, если его реально разозлить?

Во время пути Мэри Хэтфорд становится беременна своим вторым ребёнком. Когда она умирает, один остаётся не только Нил, но и его младший брат. Выживать сложно и без ребёнка, которого нужно воспитать. Истощённый и в отчаянии Нил неожиданно для себя оказывается в Пальметто, но только теперь вместе с ним четырёхгодовалый ребёнок.

Среди звенящего детского смеха, фальшивой идиллии летнего лагеря Бомгю столкнулся с собственным кошмаром. Ёнджун, старший вожатый, сотканный из провокаций и опасного очарования, стал навязчивой тенью, преследующей его разум. Ярость, отвращение, ненависть — лишь жалкие попытки скрыть то, что расцветало внутри, как ядовитый цветок. Лилии беспокойства — именно так Бомгю называл этот запах, медово-сладкий, но предвещающий беду. Запах, который дурманил, лишал воли, тянул в бездну...

Бомгю получает сообщение странного содержания от незнакомого номера. Забавная переписка выливается в нечто большее, чем разовое общение.

Только самые странные методы заставляют Бомгю замолчать, и Ёнджун абсолютно не знает, что с этим делать, но всё равно берёт на заметку.

Бомгю потерял себя еще тогда, когда с дурости создал фейковый аккаунт и написал Ёнджуну с целью переключить его внимание с Вонён, в которую сам был влюблён еще со второго курса, на несуществующую блондинку из инстаграма, за фото которой скрывался. Все это было лишь для того, чтобы заполучить внимание той девушки, от которой сердце останавливалось всякий раз, когда он ее видел. Но все пошло не по плану еще тогда, когда оно стало останавливаться от каждого нового сообщения этого чертового Ёнджуна.

— Джуни, унеси меня отсюда! — Вы вообще кто? История тактично умалчивает о том, что их будущее крепко связано прочнейшей нитью.

бомгю устало прячет телефон в дыре одеяльного пространства, а красное от жара лицо в изгибе локтя, стараясь развидеть написанное ёнджуном спустя неделю молчания. банальщина, которую еще поискать нужно. видео на ютубе, которое он с упоением смотрел, стоит на паузе. ёнджун мешает успешному расследованию убийства, наверное, чувствуя, что в какой-то из разов бомгю всё же выберет насилие. не только над собой.

"Любовь — нелепый набор из гормонов и прочих химических реакций" — успокаивал себя Чхве в одну из очередных пятниц в компании соджу и друзей, уже натурально (или не очень) сочувствовавших Бомгю. "Скоро это пройдет" — внушал себе он, закрывая глаза на то, что его "скоро" длится уже полтора года, не отпуская.

— иди нахуй, субин! эй ты, жвачноголовый, требую реванш! — чхве ёнджун вообще-то. по-моему, всё было честно, медвежонок. зачем же нам повторный заезд? — бомгю сжал кулаки и постарался ровно выдохнуть, ловя в толпе взгляд своего механика тэхёна. — ровно через неделю здесь же, в два часа ночи. только попробуй не приехать, из-под земли достану. ёнджун усмехнулся и обернулся к трибунам, позволяя фанаткам увлечь себя подальше от трассы.