Красный Эбардо совершенно не идет. Но поток алой жидкости слишком быстро омывает бренное тело, стремительно угасает сознание, а все потому, что позволено ему было сильно многое. Но все, что останется после — пустой трон и ненавистный красный цвет.

Механический голос по громкоговорителю каждые пять минут объявляет, что касса вот-вот закроется. Вокруг по-королевски медленно шастают последние покупатели. Всё как всегда, но внезапно в монотонно гудящем хаосе этих ленивых вечерних проходок, один из покупателей бежит. Причём бежит прямо на Феликса. А ещё он — этот красивый длинноволосый брюнет в пижонском пальто — издалека начинает истошно и почти задушенно кричать: — Умоляю!!! Спасите! Мне нужен ваш шланг!

— Даже на обследование согласился, как же ты низко пал, что позволил им проверить, трахал ли я тебя, — с отвращением выплевывает слова Чонгук, игнорирует и полицейских, и своих телохранителей. — Да, трахал, но ты сам раздвинул ноги, еще и умолял повторить. У Чонгука есть причина его ненавидеть, а у Юнги только причины его любить. Без остатка и до конца.

Лидия хмурится и злится - на погоду, на брата... На себя. Не нужно было соглашаться на аферу этого поганца. Теперь их обоих накажут. С Лидией отец уже разобрался, а вот Себастьяна... Себастьяна, наверное, убьют.

ООО! Наш Тэхён-и влип по-крупному: влюбился по уши, поверил в метку на запястье и строил планы, в которых они с Чонгуком вместе. А потом проснулся и обнаружил, что в телефоне пусто, на запястье ничего нет, да и самого Чонгука, судя по всему, никогда не было.

АУ, в котором первые слова, произнесённые вашим предназначенным, будут выгравированы на запястье. И это ужасно, потому что всю оставшуюся жизнь Чонгук будет ходить с надписью: «Эй, малыш, если бы ты был козюлей, я бы тебя так сморканул». Какого хрена, Вселенная?!

Есть проклятия страшнее смерти. Феликс узнал это, когда надел старинное кольцо в шутку — и обрёк себя на вечность. Хенджин ушёл первым, оставив ему сотни лет тишины, блокнот с рисунками и сердце, которое так и не научилось биться ровно.

Она хотела успеть всё, пока не стало слишком поздно. Он дал ей причину бороться за каждый день. Маринетт Дюпен-Чен знает, что умирает. Последний год жизни она хочет прожить ярко — без больниц, слёз и жалости. Но Адриан Агрест, случайно встретивший её в больничном саду, отказывается быть просто зрителем в её последнем спектакле. Но когда врачи говорят : "всё кончено", Адриан шепчет: "Нет. Это только начало"

Сказка умерла. Адриан Агрест скатился на дно. Однажды в баре он видит девушку, чьи синие волосы на мгновение заставляют его сердце биться. Это не она. Но именно это и нужно — чтобы причинить себе ещё немного боли. Мрачный фик о саморазрушении, где в чужих глазах ищут отражение тех, кого предали

Она скрывала правду. Он верил в её невинность. Но когда маски сорваны — останется ли место для любви между предательством и долгом?

Они больше не говорят "я тебя люблю". Они говорят "я задержусь" и "у меня дедлайн". Но когда он уезжает, а она остаётся с недопитым шоколадом, оба понимают – где-то под слоем рутины всё ещё живут те двое. Те, что верили в "навсегда"

Хёнджин привык, что в выполнении его прямых обязанностей ему всегда кто-то мешает, но последние примерно три десятка лет злодейка-судьба (смешное выражение как для слуги Дьявола) потешается над ним и сталкивает его нос к носу с этим ангельским отродьем. Гадёныш на правом плече их клиента лыбится и поправляет нимб. Чтоб ты, сука христианская, наебнулся!

После того, как Ся Янь трагически погиб, он оказался привязан к Системе 999 и был вынужден путешествовать по мирам в роли пушечного мяса - неисправимого гуна. По сценарию, он должен быть ветреным и распутным соблазнителем, который играется с чувствами и телом главного героя-шоу, служа жалким фоном для подчеркивания верности и любви гг-гуна. Вроде бы ничего сложного, и Ся Янь, полный уверенности, рьяно бросается в бой. Но... какого черта он вдруг оказывается прижат к стене гг- шоу?

"Способность?" — о прошлом, настоящем и будущем Эдгара Аллана По.