Кавех уронил свою ложку в суп с глухим хлопком. — Что? Аль-Хайтам равнодушно посмотрел на него через стол во время завтрака, прежде чем снова повернуться к своей книге. — Выходи за меня. Кавех моргнул один раз. Дважды. — Какого хрена? — Ты оглох от своего молота, которым всю ночь долбил? — равнодушно спросил Аль-Хайтам, не отводя взгляд от своей чертовой книги. Кавех хотел его задушить.

Я уверен, что мы можем прийти к соглашению или написать контракт, который принёс бы нам обоим преимущества, - объяснил Кавех, активно жестикулируя своим пустым бокалом. - Вот как? Умоляю, скажи, Кавех, что мне даст этот наш фиктивный брак? - Ну, как минимум, ты будешь замужем за мной. Нет ответа. - И-и ещё есть налоговые льготы… Аль-Хайтам не выглядел впечатлённым.

Кавех возвращается в свой родной город, сбежавший много лет назад. АУ на современный лад. Все представленные персонажи просто фон для сюжета. Я конечно не архитектор, но интернет вроде чуть помог чтоб сложить сюжет, что касается стройки.

Когда Кавех приходит домой, он не сразу понимает, что что-то не так. Тишина в доме, даже когда аль-Хайтам там есть, – дело привычное. Но сегодня определённо что-то не так. У каждого должен быть человек, который поможет вынести боль.

В Сумеру шепчутся о древней болезни: если любовь остаётся без ответа, в лёгких прорастают цветы. Архитектор Кавех привык списывать кашель на усталость и ночные бдения над чертежами. Пока однажды утром в его ладонь не падает влажный цветок, точь-в-точь как те, что растут во дворе их с Хайтамом общего дома. Те самые, что Хайтам посадил лично и так любит разглядывать по утрам

Невыносим. О, Хайтам определённо просто невыносим. Именно так считает Кавех, именно так – он в этом уверен – считает добрая половина Сумеру. Но тем не менее Кавех почти не удивляется, когда во время очередной их перепалки, во время очередного злобного взгляда, брошенного на аль-Хайтама, он чувствует жжение в горле и подступающий кашель – сухой, противный и удушающий. Чёртов Хайтам. Ханахаки AU

Он медленно умирает. Он вынужден задыхаться, давясь цветами и собственной кровью, минуты, часы, дни напролет.