Утро. Похмелье. Странно, но голова почти не болела. Болел почему-то зад. Ник просунул руку между ног, чтобы пощупать, и тут же, вскрикнув, отдернул ее. Там кто-то был! И здоровенный член этого "кого-то", оснащенный крупными волосатыми яйцами, на которые ищущие пальцы омеги только что и наткнулись, оказался по самое «не хочу» засажен Нику в задницу. И не просто, зараза, засажен, а с узлом… И ведь не соскочишь, не сбежишь! Разве что под подушку голову сунуть и сказать себе, что «в домике».

Брак по договоренности... Как это мерзко. Особенно, когда собственный муж презирает и ненавидит, да еще и таскает в дом своих же любовников. А мне только и остается, что тихо плакать в подушку. Но... посмотрим, кто из нас будет плакать последним.

Как и говорил отец-компьютерщик, главным и самым трудным оказалось именно это — точно сформулировать задачу. После ответ нашелся просто. На фиг интеллигентных романтиков! Для того, чтобы раз и навсегда покончить с проклятущей невинностью, Ове был нужен аморальный негодяй. И такой у него на факультете имелся!

Омега по пьяни переспал с незнакомым альфой. Через 9 месяцев родился малыш, а его отец так и не был найден. Омега с поддержкой родителей сам воспитывает сына. И через два года все замечают, что малыш очень похож на босса омеги.

Куки воспитывает двоих детей своего погибшего брата-омеги. Он уже давно смирился с тем, что ему — мало того, что бете, так еще и папочке-одиночке — счастья в личной жизни не видать, как своих ушей. И тут вдруг оно ему привалило. О! Да еще, похоже, и в двойном размере!

Раз в год при кровавой луне, зверю приносят в "жертву" девственного текущего омегу, который вошёл в брачный возраст. Для чего всё это, никто уже толком и не знал, слишком давно всё началось. По прихоти судьбы, Эйм, ещё не вступивший в брачный возраст, должен был стать одной из "жертв". Но так ли страшен зверь, как о нём говорят?

Приятно, когда дядя предлагает объединиться и обещает поделиться властью. Но кто же знал, что он говорил буквально? Восьмидесятилетняя тяжба за трон Египта между Гором и Сетом должна была кончиться смертью одного из них. Однако она обернулась ночью, разделившей жизнь юного бога на «до» и «после». Чтобы выжить и отомстить, ему придётся пройти суд Эннеады, выдержать три испытания и сойтись в смертельном поединке — с собственным сердцем, которое предательски тянется к врагу.

С новогодней елки вместо гирлянды свисают кишки. Густая багровая кровь капает на снег. Я улыбаюсь и держу его за руку.

Вселенная истории «Губительные осколки разбитого сердца» Порой война начинается не с последней капли терпения, а с первого удара сердца... Мир между тенями и хранителями держится на памяти о прошлых кровопролитиях. Кровь давно поглощена землей, смыта дождями и временем, но жажда власти по-прежнему тлеет в сердцах. Пошатнется ли хрупкое равновесие? Время покажет, а пока ёнчу племени пришлось бежать туда, куда таким как он путь заказан. С клеймом предателя. С ребёнком под сердцем.

Сборник по Годжо/Юджи

Две вселенные, которые никогда не должны были встретиться. Один живет Американской мечтой, с образом золотого парня. Второй — простой парень из хрущевок Урала, у которого скелетов в шкафу больше, чем можно представить. Они абсолютно разные для общего мира, но у судьбы на них свои планы.

И перед его померкшим взором горят невыносимо синие глаза. Бесцветно-ртутные выжжены в нём скальпелем. Под рёбрами, между нервов, между всеми слоями изуродованной памяти. Но теперь он видит море.. Бушующее за узким запотевшим окном маяка. Даже несмотря на вечное жгучее желание однажды сжечь этот мир к чертям — распороть алой вспышкой заката антрацитовую тушу вселенной. Он бы согласился помнить ещё одни глаза.

Из-за заклятия Дереку снова шестнадцать, и, конечно же, его спихнули на руки старине Стайлзу.

Сказ о том, как старшеклассник Артем втрескался в тату-мастера и пытался с этим как-то разобраться.

Сортируя белье, она не сразу заметила лежащий у ее ног предмет одежды. Из чьих именно вещей он выпал, не увидела, но, брезгливо держа двумя пальцами и в ужасе рассматривая нежно-розовые стринги с черным кружевом, ни на миг не усомнилась в принадлежности данного украшения. Белье, несомненно, для мужчины, а размер его ни мужу, ни старшему сыну не подойдет. Самира и не видела-то подобной гадости никогда!..