У Чуи хриплый голос и от пальцев пахнет сигаретами. Запах бумаги, табака, фильтра и пепла, запах дыма и гари, въевшийся в кожу до легкой желтизны. Дазаю было плевать на это до определенного момента, а потом...

Тише, Чуя, не переживай. Даже злосчастная пуля не сможет аукнуться в твоём сне, ведь у тебя есть тот, кто прогонит все кошмары, вытрет кровь с лица и успокоит. Вряд ли ты замечаешь, как он тебя обнимает...

Дадзай не может забыть это ощущение соленых и холодных губ своего напарника. С тех пор он часто вспоминает события трехлетней давности и вот, их снова отправляют на совместное задание. Дадзай сходит с ума, пытаясь разобраться в своих чувствах.

Если бы Чуя знал, чем для него закончится очередная миссия Портовой Мафии, он в жизни бы не подписался на это. Но Накахара не мог предусмотреть, что попадет под действие способности вместе с членами Вооруженного Детективного Агентства.

Что может быть хуже, чем застрять в неосвещённом лифте? Например, застрять в неосвещённом лифте во время погони, будучи подверженным приступам никтофобии и в компании раздражённого Акутагавы. Хотя последнее, возможно, не так уж плохо.

Девять часов на машине в одну сторону с не самым дружелюбным мафиози. Что же может пойти не так?

Оседающая после боя пыль ложилась на людей, лежащих перед его ногами. На стенах то тут, то там краснели пятна крови. Справа от него валялся кусок потолка, из-под которого виднелся оторванный кусок чёрного плаща. А где, собственно, Акутагава?

В один из своих выходных Ацуши и Кёка получили весьма простое поручение от агенства: закупиться необходимой провизией и пополнить бытовые запасы. Усложнялось, однако, это поручение обязательным присутствием Акутагавы, которому была доверена миссия по «сближению» со своим напарником.

В новом мире нет законов. Нет правил, нет морали, нет справедливости. В мире зомбиапокалипсиса только одна цель – выжить. Группа подростков начинает долгий путь в Токио, надеясь найти убежище, о котором все говорят. Однако надежда на спасение угасает с каждым днем. Япония заражена. Опасность подстерегает на каждом шагу. Безнаказанность порождает хаос и жестокость. Не так пугает мертвец, плетущийся по дороге, как живой человек, добродушно машущий рукой.

На самом деле поцелуев было гораздо больше, но Чуя запомнил только пятнадцать.