Любовный романс в офисном антураже.

Постапокалиптика.  Земля - безжалостная пустыня: пыльные бури, зыбучие пески, хроническая нехватка воды и омег...  Ариэль ищет убежище, Лейв ищет смерть, и вот две омеги отправляются к полумифической Крепости Рока - одному из крупнейших поселений выживших, где каждый найдет...то, что искал? Гораздо больше? Вовсе не то?

Путь к сердцу мужчины таки лежит через его желудок. (околокулинарный роман)

Почти служебный роман.

Ревизор® — истинное название, ибо этот почти производственный рассказ совсем не фанфик, просто праздничный, немного печальный подарок со счастливым концом.

После ссоры самое главное - понять, кто больший придурок.

Когда Ариан выходил на улицу, деревня пустела. Первыми исчезали молодые альфы, за ними альфы постарше, затем степенные омеги загоняли домой детей, и даже собаки, казалось, переставали вольготно лежать вдоль дороги и норовили забежать во двор до того, как захлопнутся тяжелые створки ворот, чтобы потом настороженно высовывать морды в щель.

иногда, чтобы выиграть, нужно проиграть

Виктор - красивая глупая кукла в дорогой упаковке. И "глупая" - тут не оскорбление. И все же бизнесмену Генри Кенту он чем-то дорог. И "дорог" здесь не означает количество нулей в суммах, потраченных на любовника.

"И вот это чудо природы, переступив порог, вытянулось во фрунт, щелкнуло каблуками и доложило глубоким бархатным голосом: - Лейтенант медицинской службы Короленко по вашему приказанию прибыл. - Вольно, лейтенант Короленко, - неожиданно для всех отреагировала директор. - Вы в гражданском учреждении, так что теперь говорим: "Добрый день, коллеги". Все ясно, лейтенант Короленко? - Так точно, госпожа директор. Добрый день, коллеги, - "исправился" лейтенант."

Простой парнишка из курортного городка и журналист, специализирующийся на репортажах из горячих точек, стихийно начавшееся соблазнение, типичный курортный роман... Или все не так просто, и они совсем не те, за кого пытаются сойти? И закончатся ли их отношения, когда у Макса окончится отпуск? "Женя-Женечка-Женюсь!"

У каждого представителя расы, к которой принадлежит Эрлан, с рождения на руке проявляются два знака бесконечности. Но вскоре они изменяются на цифры. Первые шесть - стандартное время планеты, остальные - расстояние или координаты пары. Но у Эрлана на запястье так и остались две перевернутые восьмерки - знак того, что для него в этом мире пары нет и не может быть. Что делать тому, кто обречен оставаться изгоем? Уходить в Дальний Поиск, в одиночку, на свой страх и риск.

Профессор живописи Кембриджского университета Ларри Мортон бросил всего один затуманенный алкоголем взгляд на огромного, сплошь покрытого татуировками мужика, замаячившего в темном переулке, и подумал, что ему пришел конец. Спустя мгновение он был обезоружен – в прямом и переносном смысле. И даже на следующее утро никак не мог успокоиться, пока не принес свои извинения человеку, который оказался столь же нежным, сколь и громадным.

Обстоятельства как оружие против вас или как ваше оружие? Есть омега. Есть альфа. Есть собственные желания, а есть долг. На все дается пять лет. Одна лодка. Берем весла и договариваемся, в какую сторону грести.

— Я знал, что рано или поздно ты заведешь себе гея, — замечаю я. — Это ж модно. Мужиков можно обсуждать, трусики-бусики, и совет дельный получить, и поплакаться.

«Сейчас будут бить», — предположил Симонин. Дождавшись еще одного визгливого обвинения в нетрадиционной ориентации, за которым послышалось что-то похожее на звук удара, Юра запустил бычок в унитаз, подхватил сумку и, покинув гостеприимный толчок, не спеша направился к выходу из школы.

— Гопник, говоришь? — Судя по голосу, говорящий был вне себя от злости. — Мобилки отжимаю? А знаешь Стасик, что я потом с отжатыми мобилами делаю? — Симонин перехватил парня за галстук и слегка приподнял, заставив Соколовского встать на цыпочки. — Я их запихиваю всяким хитрожопым придуркам в их розовые гламурные задницы!

— Привет, котёнок! Ждал меня? — Здравствуйте, хозяин! Конечно ждал! Ещё как! — Ноут на секунду завис и выдал фотку нижней части тела собеседника, плотно обтянутой джинсой. Судя по приличному бугру под ширинкой — Мишку действительно ждали.

— Ты чё так долго, паршивец? — Сенька, старательно изображая «гусиный шаг», посмотрел на ковыляющего рядом друга. — Что, так сложно трусы натянуть? — Санька, гад! — Юрка сдул с глаз кудрявую блондинистую чёлку. — Отобрать шорты пытался, шнурок порвал. Скотина… — Разговорчики в строю! — Рявкнул, прочесавший мимо на полусогнутых Рогов. — Вперёд, педики!

Один - равнодушный рационалист, второй - бездушная сволочь, презирающий всё и вся. Им дали общий проект, отказаться от которого невозможно. Они прекрасно понимают, что нужно постараться сработаться, да только как это сделать, если ни один не хочет идти на уступки? И сможет ли любовь растопить каменные сердца?