Люди кричали, когда увидели на солнце тень. Мальчик, утирающий кровь с левой щеки, подумал: таким однажды будет мой символ. >Обновление: Сентябрь горит (Дарклинг/Алина, G, белый стих, one-shot)

Милосердие — это для Святых.

1х05, что если генерала Киригана и Алину не прервали на самом интересном месте

Увидев новую карту и фигурки на столе генерала Киригана, Алина восхитилась мастерством её создателя. Но Александр был готов позвать картографа ещё сотни раз, если стол будет использован не по назначению.

- А нужны ли? - ирония, сквозившая в ее словах, вовсе не походила добрую. – Ты мог бы иметь все, Александр. Власть в этой стране, славу, бессмертие… - она грустно улыбнулась, - меня. Ты мог бы сделать меня равной, - она хрипло выдохнула. Алина опустила руки и медленно, шаг за шагом подошла к мужчине, чьи зрачки неотрывно следили за ее передвижением. Она взяла его холодную руку в свою теплую, и поднесла к свое шее.

— Они же ненавидят друг друга. — Но не по-настоящему. UPDATE: «Не одинока», автор посмотрел 2 серии сериала и сорвался.

Алине семь и ей кажется, что она — самый одинокий человек в этом огромном мире.

Корабль появившийся из клубящейся тьмы каньона словно прикрывал сферический щит. Полупрозрачный и ослепительно, до боли и рези в глазах, белый. Кириган ускорил шаг, едва не переходя на бег, потому что тот истончался, расползаясь бликами. Сужался к одной точке, от которой изначально исходил весь свет. - Святые. – Тихий выдох одной из близняшек-целительниц вырвал его из сосредоточенного созерцания. – Заклинательница Солнца! О, Святые, благословенны будьте!

Алина Старкова ожидала, что очнется на корабле, плывущем по Истинному Морю, который увезет ее далеко от Равки, далеко от Дарклинга и его безумного крестового похода. Вместо этого она проснулась в Ос-Альте и узнала ужасную правду: война выиграна почти сто лет назад, ее первая любовь умерла, и она ничего не помнит. И даже то, что в качестве части своей капитуляции она согласилась на политический брак.

Пусть он красив до неестественности; до желания никогда не отводить взгляда и отвернуться тут же. Пусть в нём таится загадка, привлекающая к себе опасностью огня глупых мотыльков. Алина знает, что отторгаема им, как пятно на его идеально выглаженной рубашке, своим нахальством и нежеланием подчиняться древним устоям.

Он едок, как страшнейший яд, что разъест кожу, плоть и кости; от такого слепнут и умирают в муках, захлёбываясь пеной из собственной слюны. Алина хотела получить его чувства, его эмоции, забывая, что за нарощенным спокойствием кроются не только червоточины слабости; забывая, каким Дарклинг может быть.

Они мертвы — увековечены на страницах книг в своём противостоянии. Они живы — продолжая вести борьбу. Александр бьётся за Равку, Алина — за его душу, сдерживая, сжимая крепко вожжи в пальцах, до проступающей крови на стёртой коже.

В одиннадцать лет у Алины было всё и даже больше. И лучше бы ей никогда не исполнялось двенадцать. Лучше бы время замерло, иссыпалось песчинками и развеялось по ветру. Лучше бы она умерла в этом мыльном пузыре детского счастья и никогда не узнала, что произошло дальше.

Когда Александр Морозов изложил ей свое предложение, Алина быстро осознала — он вовсе не шутит.

Небольшой сборник зарисовок по Дарклине. 1. После нападения фьерданцев. 2. Алина и генерал едут к Каньону после убийства Оленя Морозова.

Трудно не поддаваться тому, с кем столько лет живёшь под одной крышей.

Дарклинг вскидывает бровь в привычной манере изгибая губы в ухмылке, в потемневшей радужке совсем на секунду отражается вселенская грусть. На мгновение, но этого достаточно, чтобы Алина практически до крови закусила нижнюю губу, чувствуя как тоска пробуждается из глубины разбитого сердца и вздрагивает от проникновенности мужского голоса: — Вся моя жизнь была столкновением. Сначала с тенями, потом с первой армией и наконец с тобой, моя Святая.

« Hassliebe» дословно — ненавидящая любовь. Вид эмоционального отношения проявляющегося то в привязанности, то в ненависти. Сборник драбблов. Условно завершён.

"... Мы — стороны одной монеты, сила, которой в этом мире никто не сможет противостоять, ты — такая же, как я, — его голос лёгкой дымкой околдовывает меня, мне трудно сопротивляться, тактильное и слуховое наслаждение не оставляет мне шанса, почти. — Тебе нравится всё, что есть во мне, и даже тьма..."

Александр ошибался.