Катакури восемь, ему нравятся пончики с малиной и абсолютно не нравится собственное лицо.

— А-аагхх… Ч-что за хрень.. Галч! Галч… З-зараза.. Что происходит… — Всё тело сводит судорогой. И отнюдь не той, от которой обычно страдает старшее поколение. Мышцы хоть и дряблые, но регулярно сокращаются, а сам Смит начинает полноценно ощущать, как его тело покачивается то вперёд, то назад, каждый раз сменяя темп.

Они уже не помнят, как именно это произошло. Вроде сначала была безобидная шутка. Вроде потом, через время, шутка перестала быть смешной — но всё ещё звучала из их уст из раза в раз несерьёзно решительным «да, мы обязательно как-нибудь попробуем переспать». А потом она и вовсе приобрела оттенок трагичности, когда Ллойд и Кай обнаружили себя раздетыми и жадно целующимися в порыве непонятной страсти на узкой кровати в одной из комнат монастыря. Что ж, хорошо хотя бы, что это всего на один раз...

Гео много раз говорил, что любит Сору, а вот девушка в ответ не раз просто молчала. В этот раз всё по другому

Сора и Гео стали чуть больше, чем друзья. Арин помогает Соре улизнуть ночью из монастыря, пока Кай отвлекает Ллойда чаем.