АУ без вампиров. 1866 год. Доктор Карлайл Каллен жил и работал в провинциальном городке, воспитывал приемных детей и горя не знал, пока младшую дочь не угораздило влюбиться в молодого офицера с кучей шрамов, тяжелейшим ПТСР и дурным нравом.

Тони, Кейт и Джимми устраивают драку после того как Тони неудачно шутит.

Гиббс и Шеннон уходят на ужин. Они оставляют Тони, чтобы он просмотрел за Келли. Конечно они обезательно попадут в неприятности.

Из-за своей ошибки Тим впервые попадает в неприкосновенности с Гиббсом.

Это продолжение фанфика "Проблема братьев и сестер". Эта история сосредоточена на отношениях между Даки и Джимми. Палмер после приключения в воде заболел, но он не признается в этом доктору Малларду и приходит на работу.

Это история идёт параллельно "Грипп", только в этой истории болеют Тони и Кейт.

Господину Брунеру мало одного слуги, он нанимает второго. В этом доме, к слову, слуг принято наказывать. (планируется n-ное количество драббов с целью просто полюбоваться этими самыми наказаниями. если вы на подобное не засматриваетесь, вам точно не сюда)

Всякое бывало: родители притворялись малоимущими, отправляли детей с бабушками и дедушками, чтобы получить скидку; сами дети нередко совали Эрику мокрые от долгого пребывания в потных ладошках купюры и отчаянным шепотом молили не пороть их вовсе, если сопровождающие ждали за дверью, или пороть не слишком больно, если отвертеться от публики не получалось. Со всеми этими приспособленцами Эрик умело справлялся, но такое видел впервые.

Дверь за мамой закрылась, щелкнул ключ в замке, и по сердцу пробежал холодок. Как она могла вообще? Знает же, что сейчас будет, и ушла. Поэтому и ушла.

Сейчас папа положит руку на плечо, а может и на голову, пожалеет, обнимет, простит. Сначала забудется Данина глупость, а потом и наказание за нее, и всё снова будет хорошо. Папа не обнял.

Новый учебный год - новый сезон. Значит, и новые тренировки, игры, проблемы и головная боль тренеру. Ну а что, все как у людей.

Мама прислала два сообщения. Первое – видеофайл, второе – «Разберись».

– Ну вот как ты так всё время? – спросил Андрей. – Думаешь, мне самому от себя не тошно? – вздохнул Женька.

Каждый раз, когда в школе ЧП, виноват Стрельцов. Вот сегодня Лидия Петровна прибегает, кто-то устроил погром в подсобке…

Тренер. Я почти всегда называю его именно так. Реже – отец. Папой – никогда.

Некоторые идеи начинают казаться дебильными, только когда ты в них вляпаешься по самые уши. Вот и идея уйти из дома спонтанно, без нормальных сборов оказывается тем еще идиотизмом, но понимает это Сенька, когда стоит посреди моста хрен пойми где, запрокинув голову к небу. * продолжение текста "Здорово, малой!"

Я снова вздыхаю, отвожу правую руку чуть в сторону и легко опускаю на Вовкин зад, уже представляя, какой разнос мне за это устроит Лена. А что мне остается? Ее методы явно не работают, значит будет так.

Андрей устало покачал головой. Бродских на стенах рисуют в какой-то параллельной вселенной, а ему еще ни разу не приходилось испытывать муки совести, закрашивая художества местных талантов. В основном попадались обычные каляки-маляки, якобы крутые подписи черным маркером, объявления про бошки, пронзенные стрелами или разбитые сердца – ну и хуи, куда без них.

У Жени и Дани закончилась смена в лагере, но не лето, и уж тем более не приключения. Нельзя же сидеть спокойно, если рядом река.

А действительно ли у Волкова было все так просто и гладко, как он рассказал Андрееву?