чонгук хочет набраться опыта в сексе и просит тэхёна ему помочь. не самая лучшая идея.

тэхён за чонгука любого убьёт. любого. >au, в котором у людей за каждое убийство на лице появляются красные родинки.

Бунт, блять! Чонгук бунтует против свадьбы и пытается собрать сподвижников (подбить на противостояние Тэхёна), а Тэхён, его жених, предлагает съесть салат с фунчозой и: «Мы повязаны. Не занимайся белибердой, твой бунт - идиотская затея».

Чонгуку поручают найти и уничтожить сердце дракона. Он почти справляется. Только вот это скорее дракон находит его — Чонгука — и... уничтожает?

О том, как порой бывает сложно получить второй шанс, и о том, что наше сознание может сыграть с нами злую шутку. А еще немного о любви, которая преодолела все.

Утро всё ещё беды не предвещало, но Кихён своим грубоватым голосом рассёк тишину, а сам бета успел почувствовать фантомную пощёчину из-за: — Увёл Тэхёна у меня из-под носа и ходишь довольный, да?

- А ты чего за него решаешь, Чон? Вы всего лишь друзья детства, а не пара, чтоб ты тут влезал. Запах Джэ сгущается из-за раздражения. Чонгук цокает и дёргает бровью. И так башка раскалывается, а тут ещё и этот «самец» развонялся. - Повторяю, у него планы со мной. Точка. А теперь пошёл нахуй отсюда, пока я добрый. Или ау, где тэхён и чонгук друзья детства, но между ними всё намного глубже и ближе, чем у обычных друзей. Со временем они это поймут. И примут. И чувства, и друг друга.

Каждый раз, когда они проезжают мимо кафе с приторно-сладким названием «Vanilla tenderness», Чонгук обязательно покупает карамельную вату и капучино.

— Тэ, я полнейший идиот, прости, я... изменил тебе. Пусть это прозвучит, как оправдание, но от того альфы пахло твоими любимыми сигаретами, а ещё зелёным молочным чаем, и я-я... — Чонгук всхлипывает, боясь последствий своих слов, но умалчивать о таком он не намерен, потому что любит своего парня, который ржёт как конь, притягивая в объятия своего маленького алкоголика.

— Ты пал настолько низко, чтобы спустя столько лет нападать на беременного омегу? Ему страшно, безумно страшно и за ребёнка, и за себя, но показывать это нельзя — Чон всё ещё рядом с Тэхёном в иерархии, он не имеет права на слабость, как бы сильно сейчас не хотелось расплакаться и спрятаться на крепкой груди своего мужчины.

Ему каждый день напоминают, сколько в него вложено: сколько денег, сил и времени потрачено на создание идеального образа, которым, по идее, фигурист не должен обладать. Его постоянно таскают на какие-то благотворительные акции, деньги с которых растворяются в небытие, на светские мероприятия, где тусуются чиновники, модели и другие высокопоставленные шишки, и куда он вписывается так же, как и обычный соломенный веник во дворец с мраморным полом.

Тэхен отчаянно пытается найти своего истинного, уверенный, что он из знатной семьи, а Чонгук просто работает в пекарне.

Барс успевает цапнуть его за холку, утягивая к себе под бок, и оборачиваясь вокруг него кольцом. Ещё и хвостом обнимает, перекрывая все пути к отступлению. Тэхён удивлённо пищит, непонимающе глядя на альфу. или ау, где взрослый снежный барс Чонгук, живущий в скалах, не устоял под напором хитрого пушистого песца Тэхёна.

Следующее, что он сделал – разревелся. Ну потому что обидно, блин. Пальто испачкал в земле, на голове теперь чëрт знает что, руки и лицо замëрзли, жопа, кстати, тоже; голова кружится, при попытке встать появилось ощущение, что его только что переехали катком. Как тут не плакать? И забрать его никто не может, потому что Чимин и Юнги на работе, Тэхëн в ебучей Барселоне со своим ебливым бывшим мужем и детьми, а он тут пластом валяется на земле и не может встать.

— Я даже отсюда слышу, как урчит твой пустой живот. Не делай из меня идиота, — рявкает в конце альфа, теряя терпение. Если незнакомец сейчас же не слезет с этой чёртовой ёлки, то стае ничего не помешает всем вместе повалить дерево. — Увы, природа сделала всё за меня! — Что? — Только идиот будет стоять без одежды, голый, и требовать омегу спуститься. Никакого приличия, — Чонгук крепче обнимает ствол ёлки, но взгляда от волчары не отводит.

забота в стиле братьев ким.

тэхён просто уверенно говорит: «ты будешь охуенным омегой, хён» и чонгук не может ему не верить.

AU в котором Тэхён айдол, а Чонгук его омега, ждущий своего альфу с гастролей

Тэхёну казалось, что его непоколебимый омега может быть где-то слабым, менее критичным или более, умоляющим, хрупким, нуждающимся. Чонгук же в течке до сих пор предпочитает доминировать, устанавливает свои правила, может поставить на паузу их возбуждение, выбирая тщательно нужную смазку, он продолжит говорить даже с членом в себе о конференции семнадцатого года в какой-то ноябрь, находясь на грани.

- чонгук-а, - младший вопросительно смотрит на альфу, ожидая продолжения, - дай грудь. - что? - хочу молочка.