Они не говорили о Патронусе Сириуса. Все ожидали, что это будет Бродяга, как у Джеймса — Сохатый, у Питера — Хвост, а у Ремуса — волк. Никто даже не спрашивал, к какому счастливому воспоминанию он обращался, чтобы вызвать его. Это было щекотливой темой для Сириуса, так что они оставили его в покое. Хотя Джеймс иногда раздражает, особенно после того, как Сириус вызывает своего Патронуса, защищаясь от блудного дементора во время их похода в Хогсмид на шестом курсе.

Люпин цепенеет. Рука с пером занесённая над учебником зависает, стынет как и кровь в жилах. За секунду сводит все тело. А его самого сводит к нулю, потому что долгие месяцы молчания автоматически, сука, аннулируются. Зря сбегал. Зря заебывал себя учебой, делами, которым конца и края не было, якобы пиздецки важными, когда на самом деле единственным архиважным было не сорваться. Вы проиграли, желаете начать с точки последнего сохранения? Не желает. Конечно же, сука, не желает

Ремус учитель физики. А Сириус вместо урока физ. культуры решил развлечься со своим любовником. На учительском столе.

Обычная ночная вылазка из замка под мантией-невидимкой.

Сложно сказать, набрался ли Блэк совершенно собачьих повадок после того, как освоился со своей анимагической формой, или он обращался в пса потому что у него был целый сундук этих самых собачьих повадок. Римус почти на автомате набрасывает на учебник водоотталкивающие заклятие, когда Сириус забирается на его кровать, по-собачьи встряхиваясь - мокрый после душа, довольный… и рассыпающий вокруг себя веер брызг.