— Возможно, — медленно начал Хуа Чен, впервые выглядя человеком, а не богом, с особой тщательностью выбравшим человеческое обличие для путешествия по этому малозначимому и скучному миру смертных, — я мог немного соврать моей группе. Я мог сказать им, некоторым из них, совсем немногим, что женат. — Хорошо, — ответил Се Лянь, предполагая, что тот говорит о своем особенном человеке. — На тебе. — Что?

Хуа Чэн иногда думал: каково это — спать, видеть сны, подобно смертным, отдыхать и восполнять энергию таким образом. Он закрывал глаз иногда, расслаблялся, но ему никогда не хотелось спать. Однако, однажды зимней ночью Хуа Чэн все же уснул, сам не понял: как это произошло.

"Гипотетически", — говорит Се Лянь, — "что бы ты сделал, если бы кто-то — не я, разумеется, — сказал тебе, что у него есть чувства к Сань Ла— к твоему соседу? Даже если они живут на другом конце света, и это, вероятно, никогда не произойдёт, и..." "Это крайне специфическая гипотетическая ситуация", — отвечает Хэ Сюань с набитым ртом. (Или: Се Лянь влюбляется в соседа своего лучшего друга. Это бы не было проблемой, если бы они не жили на противоположных концах света.)

Его звали Хан Джисон. Он был обычным подростком. Любил поиграть в видеоигры, почитать глупые романы. Любил тёплые свитера и свои затасканные тёмно-зелёные кеды, которые он купил на распродаже в секонд-хенде. Он любил котят и не переносил кофе с молоком, ведь он действительно был ужасным. Недавно ему исполнилось семнадцать лет, и он оборвал свою жизнь.

Попытка Джисона сменить цвет волос закончилась крашем на очаровательного парикмахера в милом свитере.

Джисон досадливо думает, что Ли Минхо, вредный и постоянно недовольный, терпеть его не может. Странно, что несмотря на скверный характер к нему действительно тянутся люди. Но Джисон и сам, даже не подозревая об этом, постепенно открывает для себя его новые, никому не доступные стороны — вслепую.

У Джисона грустный взгляд и тысяча проблем. У Минхо только одна проблема – Хан Джисон.

Загадав желание, Джисон получает совсем не то, чего хотел, и обретает способность видеть манометры окружающих его людей, отображающие текущий уровень возбуждения их владельцев. Да, это довольно странно, но ещё страннее то, что стрелка манометра Минхо постоянно на пределе, несмотря на то, что он – самый спокойный и сдержанный человек, которого Джисон когда-либо встречал.

В пекарне терпко пахнет свежим хлебом и сладким ванилином. От некоторых стеллажей тянет цедрой свежих цитрусов. Перед витриной с тортами вьётся аромат какао и корицы. Однажды вечером это стандартное соцветие разбавляется тонкой нотой табака

— Ты взял последний кусочек чизкейка. Минхо поднял взгляд на незнакомца, который, обиженно надув щëки, рухнул на сиденье напротив него. Ли моргнул, затем посмотрел на кусок торта в своей тарелке, прежде чем снова взглянуть на парня, который проник в его личное пространство, и пожал плечами. — Да, а что? — Я подкуплю тебя, — парень поставил локти на стол и опустил подбородок на руки, округлив свои и без того большие глаза. Он кротко взглянул на Минхо: — Можно мне, пожалуйста, чизкейк?