Чужая голова открывает глаза на новом теле. Фосфофиллит не пожелала проснуться.

— Кто такая Киноварь? — спокойно интересуется Фос, легонько хмуря брови. Имя кажется знакомым до боли, отдается где-то в грудной клетке фантомной болью, словно глубоко внутри появился новый раскол. Только вот его там нет, а что-то все же ноет, стоит только посмотреть как в глазах Рутил появляются искорки страха. Неужели она забыла что-то важное? Что-то, что являлось важной частью её жизни до Этой зимы? Да и от самой Фос осталось не так уж много.

Фосфофиллит знает что её молитвы никому не помогут. Она не стала человеком, она не вознеслась выше, она не осталась самоцветом и не стала лунянином. Она никто и слово её ничто, как и молитва.

Когда вас только двое (поправка - трое) посреди холодной зимы.

Фосфофиллит наконец дожидается всеобщего пробуждения после зимы, но мысли о недавней потере не дают покоя, что и становится причиной одинокой прогулки.