– Висит клубника, нельзя скушать. Что это? – спрашивает Сайно. Куст радостно шелестит огромными-преогромными цветами, словно понимает, о чем речь. – Клубники там, к слову, нет. – Конечно нет, – соглашается Тигнари, поглаживая зеленый лист с лиловыми прожилками. – Чтобы клубника зацвела как можно скорее и начала созревать, ей нужен стимул. – Клубника, которой нужен стимул, – качает головой Сайно. – Но трахаться-то около нее зачем?

В один весенний день у дома Тигнари останавливается конный гонец. Он представляется официальным лицом Ордо Фавониус и волей действующего магистра отдаёт стоящему у порога Сайно два серебряных футляра. В одном из них приглашение и маленький холщовый мешочек с округлыми семенами жонкилии, на вопрос о значении которых Тигнари лишь невозмутимо пожимает плечами. «Жонкилия на языке цветов говорит о любви и страсти» — узнаёт Сайно от Лизы в ночь первого дня ежегодного Луди Гарпастум в Мондштадте.

Каждый раз, когда Сайно отправлялся в исследовательскую экспедицию в безжизненные пески пустыни, Тигнари делал самодельный браслет из лепестков красной камелии. «На удачу» – утверждал ботаник, и Сайно всегда послушно принимал подарок. Всё продолжалось до тех пор, пока однажды один знакомый в путешествии не поведал ему о языке растений.

Тигнари перевел взгляд на настольный календарь с надписью «март» и несколькими выделенными карандашом днями. Нет. Нет-нет-нет, только не сейчас. Надо срочно отказаться, что-то придумать, нельзя допустить, чтобы- — Да, конечно, пусть приезжает.

Когда из далёкого Ли Юэ, лежащего за горизонтом и разделённого с регионом мудрости глубинной каменной пропастью, пришло письмо об открытии Разлома, Тигнари не сомневался, что поедет. «В Разломе уникальная фауна» – таким был официальный предлог его отъезда вместе с Коллеи. Истинная причина, которую знали лишь трое, была иной. В лесу Авидьи уже некоторое время происходило что-то необъяснимое. И Разлом – единственное, что приходило на ум.

Кавеху становится скучно и дружеская вечерняя попойка в таверне продолжается. Каковы шансы не поднять на уши весь Сумеру?

— Тигнари, ты в порядке? Эй, посмотри на меня! — Горячо...

Тот самый момент, когда Итер не смог заткнуть свой рот.

Аль-Хайтам скептически смотрел на все эти ваши связи соулмейтов AU, где обидные и грубые слова, в которые верит человек, сказанные своей второй половинке отражаются на их теле порезами.