Что может быть хуже, чем застрять в неосвещённом лифте? Например, застрять в неосвещённом лифте во время погони, будучи подверженным приступам никтофобии и в компании раздражённого Акутагавы. Хотя последнее, возможно, не так уж плохо.

Они заключили сделку. В течение шести месяцев их соперничеству придёт конец, так или иначе. Но когда в Йокогаме начинают пропадать люди, Ацуши и Акутагава вынуждены вместе отправиться на разведывательную миссию. Ни один из них не хотел торчать в крохотном фургоне несколько дней в компании друг друга, но работа есть работа. И когда они наконец выясняют, кто похищал людей с улиц, то, к удивлению, обнаруживают опасного эспера, способного играть с воспоминаниями.

Хару упрямится, а Дайсукэ берет дело в свои руки.

Злые слова, предназначенные Антону, удары без жалости, все угрозы и провокации - все это слилось в одно единое воспоминание, которое прокручивалось в голове Антона, как пленка старого фильма. Этому не было конца. Презрение перевешивало всякий призыв к миру. А уж дружба тем более не была их участью. Рома был ему врагом. И раз за разом Антон, подкреплённый ненавистью, убеждался в этом. Дружбе не быть. И перемирию - тоже.

- Акутагава! Это же я! Ты меня не узнаёшь?! - Вырывается из него, прежде чем Ацуши осознаёт всю бессмысленность вопроса. Сейчас он находится под действием вампиризма. А никто из обращённых не помнит прошлое. И он тоже... Глупо надеятся, что его напарник станет исключением. От этого хочется кричать...

- Эй, не бросай меня тут одного! - Чжан У трясет, он кричит вслед улепетывающему соседу, на грани паники глядя, как того быстренько сметает с крыши под другим, темным и пугающим взглядом. Голос ломается, в конце почти переходя на шёпот, - Не оставляй меня... С ним...

Зайчонок слишком хорош, чтобы исправлять его страхом. Его бы... нежностью. То, что многие, думаю, хотели прочесть по этой паре.

Не то чтобы Акутагава раньше отличался нормальным поведением, но тут он, кажется, превзошёл сам себя. А иначе как ещё назвать картину, где вот уже который день Ацуши без объяснений затягивают в тёмные переулки, толкают к стене и жарко целуют?

В один из своих выходных Ацуши и Кёка получили весьма простое поручение от агенства: закупиться необходимой провизией и пополнить бытовые запасы. Усложнялось, однако, это поручение обязательным присутствием Акутагавы, которому была доверена миссия по «сближению» со своим напарником.

Ю Джунхёк даёт ему пощечину. — Джунхёк-а, какого хрена… — Заткнись, — шипит Ю Джунхёк, зажав покрытой шрамами рукой рот Ким Докча. Проходит мучительная минута, прежде чем он раскрывает губы: — Докча-я. [Эксклюзивный навык «Четвертая стена» трясётся] — Ага, — тупо говорит Ким Докча, по его шее ползёт жар. Или Уриэль сватает Ким Докча и Ю Джунхёка с помощью сценария. Это работает.

— Суа, — начинает Иван. — Как думаешь, мне пойдут розовые волосы? В ответ она легонько шлёпает его по затылку. — Ты серьёзно? Нет. Иван с улыбкой наклоняет голову. — Тогда, наверное, мне лучше купить очки. // Иван и страдания влюблённого подростка.