Демьен

88

      Аэромобиль остановился в незнакомом месте. Впервые за всю дорогу Демьен посмотрел в окно и испытал лёгкое потрясение, увидев подземную стоянку, почти пустую, не считая нескольких машин. По телу пробежал неприятный холодок. Его привезли отнюдь не домой. Ну да, а на что он рассчитывал после своей выходки?..       — Где мы? — спросил он, выходя следом за Сэм.       Саманта удивлённо подняла бровь. Красивое лицо с яркими губами отражало странное сочетание эмоций, и Демьену казалось, что он её достал.       — Ты сегодня здесь уже был, — процедила она холодно, хлопнув дверью машины, и водитель тронулся с места.       Был? Демьен удивлённо оглядывался по сторонам. Он не любил подземелья, подвалы, метро, и поэтому никогда им не пользовался. Подземные стоянки тоже действовали на него угнетающе, словно он мог, вопреки законам логики, ощущать нависшую сверху толщу. Саманта двинулась вперёд уверенной походкой, звучно впечатывая каблуки в асфальт. Демьен неуверенно пошёл следом, не зная, чего ждать. А может, убежать, пока есть возможность?       — Не отставай! — резко произнесла она.       — Куда мы? — Демьен заметил впереди двери лифта.       — Сейчас узнаешь, — Сэм быстро набрала код и нажала на кнопку. Когда через несколько секунд двери открылись, Демьен с удивлением узнал подъёмник. Чёрт! Так они находились под офисом Эверарда! Надо же, а ведь он никогда здесь не был. Автомобили любовника останавливались либо перед парадным входом, либо у шестидесятого этажа, пристыковываясь ко второму крыльцу.       Лифт взмыл вверх, и Демьен ощутил тянущее чувство в солнечном сплетении. Он не знал, чего ждать.       Они вышли. Каблуки идущей впереди Сэм бесцеремонно нарушали тишину пустого и едва освещённого коридора, привлекая внимание. Но Демьену было совсем не до её стройных ног и слегка угловатых плеч, хотя юбка была как обычно короткой, а чёрный деловой костюм — удивительно облегающим. Демьен отстранённо думал о её высоких шпильках и что ещё не встречал женщины, которая с такой лёгкостью ходила бы на них.       Сэм набрала очередной код доступа, и стеклянная дверь уехала вверх. Они завернули за угол, и среди других незнакомых людей Демьен увидел своего Эверарда… Их ждали.       Уголки губ Саманты дрогнули в едва заметной победной улыбке. Кому это она? Демьену казалось, что он сейчас просто взорвётся от напряжения: мало того, что любовник не обращал на него ни малейшего внимания — холодный, спокойный, собранный, с заплетёнными волосами — так ещё и эта улыбочка Саманты…       Подходя, Демьен переводил взгляд с неё на Эверарда, пока не заметил Такехико. Японец был сосредоточен больше прежнего. Что-то в нём заметно изменилось. Он словно стал старше. Увереннее в себе, сильнее. Красивее? В каком-то смысле — да. И в то же время ещё серьёзнее.       Демьен остановился, когда остановилась Сэм, и больше не мог отвести глаз от лица Эверарда. Тот, словно впервые его заметив, спокойно повернулся, окинул равнодушным взглядом и что-то сказал Такехико. Сэм рядом едва слышно вздохнула и перенесла вес на другую ногу. Такехико обронил на неё странный расфокусированный взгляд и поспешно перевёл глаза на босса. Демьен удивился ещё сильнее, но подумать об этом не успел — где-то за спиной открылась дверь, и в коридоре послышался звук, словно по полу тащат мешок.       Демьен развернулся — и правда тащили. Ульрих и ещё один рослый парень. Только мешок был не у них в руках, а у мёртвого человека на голове. Демьен шокированно замер, следя за протаскиваемым мимо телом, узнавая его одежду. Глаза полезли на лоб: господи, да это же тот итальянец!       — В кабинет, — Эверард кивнул в сторону, включаясь в происходящее и следуя за своими ребятами. Они исчезли за углом, и минуту спустя Демьен с удивлением увидел, как за односторонним стеклом напротив загорелся свет, освещая просторный, похожий на лабораторию кабинет, увидел, как тело незнакомца водрузили на специальное кресло, как пристегнули руки к поручням и содрали мешок с головы.       «Зачем они делают всё это с трупом?» — думал Демьен, подойдя к самому стеклу и наблюдая за отдающим распоряжения Эверардом, за техником, который уже делал итальянцу укол, и за телом, которое через мгновение начало шевелиться. Так он жив?! Демьен смутился. Эверард по ту сторону стекла снял пиджак и привычным жестом расстегнул манжеты рубашки, закатывая рукава. Потом бросил в его сторону невидящий взгляд и всё же вышел в коридор.       У Демьена возникло ощущение, что Эверард вообще не собирался с ним говорить, просто… просто сделал поблажку. Его лицо, когда он смотрел на него, было холодным и таким равнодушным, что обида застревала в горле. Демьен сглотнул.       — Порепетировал? — спросил Эверард спокойно, останавливаясь напротив и замораживая долгим взглядом.       — Да, — выдавил Демьен, глядя исподлобья.       — Вот и хорошо… Сэм, отвези его домой.       Эверард помолчал, словно чего-то от него ждал, но, не дождавшись, ещё раз окинул взглядом и направился в застеклённое помещение. Демьен, с трудом сдерживая слёзы и не в силах сдвинуться с места, смотрел ему в спину. Жаркие признания в любви ещё днём, нежность, обожание в тёмных глазах, в которых сейчас был только лёд, — всё это казалось обманом. Ну почему Эверард так поступает? Почему так ведёт себя? Чем вызвана эта отстранённость?.. Демьену казалось, что его ударили в солнечное сплетение и теперь он не может дышать. Заставив себя сдвинуться с места и смахнув влагу с глаз, он пошёл за Сэм обратно к лифту.       Ровный звук скоростного подъёмника, и ощущение нарастающего отчаяния. Эверард даже не спросил у него о произошедшем. А, ну да… Всё верно, ему отчитается Сэм, и теперь у него был этот чёртов итальянец, у которого можно выпытать всё, что угодно… Демьен чувствовал себя в очередной раз использованным. Теперь в качестве живой приманки.       Они вернулись на стоянку, Демьен залез в машину. Опять ехать в ночь, опять ничего не понимая. Кем, чёрт возьми, был этот мужик?!.. Слишком много вопросов, и слишком неспокойно на душе, чтобы трезво ответить хотя бы на один из них. Слишком непонятную игру вёл Эверард.       И этот его подчёркнутый холодный тон…       Демьен апатично смотрел в окно, ссунувшись на сиденье, провожая взглядом проносящиеся мимо огни.       Чередование страсти, нежности, ласки, от которой он изнемогал, и замораживающей отстранённости доводило его до предела. Ему казалось, что он то парит над землёй, то падает со скалы в бездну. То тает от блаженства в любимых руках, становясь частью Эверарда, то бьётся в истерике и слезах, ощущая себя никем. Середины просто не существовало. Невыносимые контрасты!       Почему Эверард так поступает? Что заставляет его изображать безразличие, когда в душе гремят грозы? Демьен уже хорошо знал эту его черту, и она доводила его до безумия. Один только взгляд — и тоска вновь расползалась в душе ядом.       Демьен вспомнил ночь, когда ушёл с Брэдли в притон, и утро… Безразличие и боль — вот что было в тот день в глазах Эверарда. Боль, которая просачивалась сквозь показную отрешённость. И сейчас, несмотря на уязвлённость его демонстративным равнодушием, Демьен испытывал робкую надежду, что этот холод не более чем маска. Но, что именно заставляло Эверарда носить её, Демьен пока не понимал.       Ему хотелось позвонить Эверарду и проверить свою догадку, ещё когда они спустились с Сэм к машине. Но сама ситуация делала его больным. Ещё и этот итальянец…       Да, похоже, о незнакомце можно забыть, но кем он вообще был? Демьен не знал, что и думать.              — Может, останешься? — спросил он Саманту уже у двери своей квартиры. Её элегантность поражала его этим вечером особенно сильно, будто воздействуя с периферии в обход всех мрачных мыслей. А может быть, он просто был готов уцепиться за первого попавшегося человека? Тонкий пудровый запах, когда она стояла рядом, ниспадающие на тёмный пиджак светлые прямые волосы, её странное молчание — всё это возбуждало в Демьене надежду, что сегодня он не будет один.       — Так что?.. Останешься?       Сэм холодно окинула его взглядом.       — Нет.       В её глазах не было прежней заинтересованности. И желания его поддеть, спровоцировать на вспышку эмоций — тоже. Демьен всё понял.       — Что, трахаешься теперь с японцем? — выдавил он язвительно.       Лицо Сэм изменилось, она впилась в него глазами, но тут же овладела собой.       — Мимо, — произнесла она с деланным равнодушием.       Демьен хмыкнул. Ну да, так он и поверил.       — А Эверард в курсе, что вы крутите роман на работе? — Демьен ввалился в квартиру, включая свет. Сэм стояла на пороге, изучая его лицо. Неожиданно он испытал злость и отчаяние: никому до него не было дела, теперь вот и Саманта, похоже, нашла себе постоянного любовника.       — И как он в постели? — вопреки желанию вышло скорее обиженно, чем язвительно, и Демьен перевёл на женщину грустный взгляд. К его удивлению её лицо неожиданно смягчилось, а глаза потеплели.       — Опять мимо, котик. Мимо.       — Стерва… — прошептал он, вспоминая их препирательства, и расплылся в улыбке. Но в глазах стояли слёзы.       — Стервец, — кивнула она, обворожительно улыбаясь. — Ещё раз подставишь так кого-то из нас, как Ульриха сегодня, или подвергнешь себя опасности — задушу голыми руками.       Демьен сконфуженно замолчал. Сэм подмигнула ему и взялась за дверную ручку.       — Всё же оставляешь меня одного?       — Не переживай, — она по-своему поняла его отчаяние. — За квартирой будет присматривать свой человек. Мне надо возвращаться.       Сэм бросила на него ещё один внимательный взгляд и захлопнула за собой дверь.       Демьен ещё минуту стоял, не шевелясь и не сводя глаз с того места, где только что была Саманта. Горло сжимали слёзы, и комната стремительно наполнялась туманом.       Но катарсиса не было… Его мучило слишком много вопросов.       Стянув кроссовки, он поплёлся в спальню и, не раздеваясь, упал на постель. Но каким бы измученным, растерянным и обессиленным он ни был, чувства к Эверарду даже сейчас прожигали в груди дыру, не оставляя ни на минуту.       По щекам, словно по инерции, текли слёзы, он пытался спать и не мог. Ужасное предчувствие перехватывало горло. А что, если это не отдельный маньяк, а какая-нибудь группировка? Почему именно он им понадобился? Может, опять начнут на него охоту… Или всё же тот тип действовал в одиночку, а значит, истории пришёл конец?..       В голове звучал зовущий его голос с акцентом: «Демьен… Демьен… тебе не нужно бояться…», и странный смех. По коже пробегал мороз. Демьену казалось, что кто-то пришёл разлучить их с Эверардом.       Чёртов итальянец…       А может?.. Может?..       Но нет, этого просто не могло быть! Слишком ужасно, слишком банально. Ну что за бред?..       Он беспокойно перевернулся на другой бок, пройдясь ладонью по влажной щеке и глядя в темноту широко открытыми глазами. Господи, неужели, это его… отец?!       От внезапной догадки Демьен задохнулся и в панике сел на кровати. Мысли лихорадочно скакали в голове и, минуя логические связки, выстраивались в стройную картину. Всё сходилось. И то, что у мужчины была его детская фотография, и что он так настойчиво его искал… К тому же итальянец… Но неужели это и был его отец?! Этот жуткий тип с циничной ухмылкой на лице?!       Нет, этого просто не могло быть… Демьен отогнал панические мысли. Это полный абсурд. Какого чёрта его папаше, о котором он вообще ничего не знал, появляться именно сейчас? Зачем он ему вообще сдался?! Демьен вспомнил о своей матери и испытал гнев.       Но нет… Его мать была итальянкой, а вот отец — явно нет. Во всяком случае, Демьен всегда считал себя полукровкой, да и голубые глаза должны были от кого-то достаться…       Он подтянул колени к груди и обвил их руками. Его мама… В последнее время он так мало о ней думал. Он почти не вспоминал её. А отец… Нет, только не это. Только не сейчас.       Демьена накрыл панический страх. Он готов был закричать. Мысли вновь завертелись в голове, рисуя разные картины, одну мрачнее другой.       Боже, если это его отец… Неужели он может иметь на него какие-то права?! Зачем он так настойчиво его искал? Уж явно не из отцовской любви… Демьен испытывал смятение и ужас: он не хотел никакого отца, особенно если тот действительно может предъявить на него какие-то мифические права, если может разлучить с Эверардом!       Демьен медленно опустился на подушки. Тело пробирала лихорадочная дрожь… Потянувшись к телефону, он трясущимися руками набрал номер любовника. Тот не отвечал. Было глубоко за полночь. По щекам опять потекли слёзы. Теперь Демьен знал причину ужасного предчувствия. Вибрируя от кончиков ступней до самого затылка, он снова рыдал в подушку и не мог понять, что более ужасно: отец, который может забрать его у Эверарда, или то, что этот самый «отец» сейчас находится под препаратами в лаборатории любовника.              Демьен понял, что заснул, только когда матрас рядом знакомо прогнулся, и Эверард, как был в одежде, мягко опустился у него за спиной, крепко прижимая к себе.       — Который час? — прошептал Демьен слабым голосом и вспомнил об этом вечере, о поездке, о неизвестности, об итальянце. Губы снова дрожали.       — Три, — устало ответил Эверард и слегка отстранился.       Повисла пауза. Демьен чувствовал, как в темноте любовник изучающе смотрит на него, лёжа совсем близко, почти вплотную, но всё же невыносимо далеко, оставляя от себя только упоительную тяжесть ладони на плече…       — Демьен, повернись ко мне, — произнёс наконец Эверард.       Демьен зажмурил глаза. Губы кривились в молчаливом рыдании, солёные капли сбегали на подушку, все его пугающие опасения казались в этот поздний час ещё реальнее, ещё ярче. Он попытался сдержать рвущийся изнутри всхлип и не смог. Эверард вновь потянулся к нему, переворачивая на спину, обнимая, погребая под собой, целуя лоб, глаза, скулы, губы и снова лоб.       — Что случилось?       Демьен смотрел сквозь слёзы и видел, как в темноте мерцают глаза Эверарда, полные мягких чар. Тесные объятия, одурманивающие поцелуи. Всё, как он и думал: холодность пару часов назад была напускной. Демьен с досадой пихнул его локтями в грудь и тут же обвил шею, прижимая к себе. Эверард слизывал его слёзы, подолгу целовал в губы, взбалтывая осевшую было дрожь и истому в груди, крадя дыхание, и, когда Демьен немного обмяк и успокоился, — лёг рядом, уже не отпуская.       — Чем ты опять себя накрутил?       — Кто тот итальянец? — спросил Демьен тихо, в нос, пристально глядя ему в глаза.       Эверард усмехнулся, убирая волосы с его мокрого лица. — Ты своих соотечественников по запаху распознаёшь, что ли?       — Нет, ну видно же… — прошептал Демьен. — Так кто он?       — Один наёмник, — ответил Эверард, задумчиво его рассматривая.       Демьен недоверчиво переводил взгляд с одного глаза Эверарда на другой. — А что ему от меня было нужно?       — Они хотели воздействовать на меня через тебя.       — Они?.. — Демьен тяжело дышал, вспоминая разговор о проблемах с «европейскими партнёрами», о поездках любовника.       — Им бы всё равно не удалось настроить меня против тебя. Ничего бы не вышло…       — Малыш, ты даже не представляешь, как легко внедриться в подсознание… Ты бы даже не знал, — Эверард вытер слёзы с его щеки. — Не переживай об этом больше. Сейчас, когда Рико у нас, они едва ли рискнут использовать тот же ход дважды…       — Рико?.. — голос Демьена дрожал. — А почему у него была моя фотография?..       — Думаю, они готовились, — Эверард улыбнулся.       Демьен кусал пальцы, недоверчиво глядя на любовника. Действительно ли всё было так, как утверждал Эверард, или он всё рассудил по-своему, решив не ставить его в известность?       Эверард заметил его настороженный взгляд и приподнялся на локте, внимательно заглядывая в глаза.       — Я чего-то ещё не знаю?       — Эверард… — Демьен всхлипнул. — Только скажи мне… это ведь не мой отец?       Глаза мужчины изумлённо расширились, а брови поползли вверх.       — Ты с ума сошёл! — наконец произнёс он поражённо. — Откуда эти мысли? Конечно же нет. Рико Костелло, этот садист… — Эверард резко замолчал, сдерживая гнев.       Демьен почувствовал, как что-то внутри, находившееся всё это время под напряжением, лопается, и сам он скользит вниз головой по отвесной, давясь слезами. Он не понимал, отчего вместо облегчения на него нахлынуло такое всепоглощающее отчаяние.       — Прости… — выдавил он надсадно, прижимая трясущиеся пальцы к векам. В попытке скрыть зарёванное лицо и не видеть печали в глазах Эверарда, он отвернулся, утыкаясь в подушку.       — Демьен… — тот со вздохом склонил голову к его голове, дыша в спутавшиеся волосы, обнимая за подрагивающие плечи. — Поверь… я понимаю тебя как никто другой. У меня вообще никого не было, и не за кого было ухватиться.       Демьен тяжело дышал открытым ртом, сквозь слёзы, пытаясь совладать с собой. Но открыть отчаянно сомкнутые веки и повернуться к утешающим поцелуям не мог.       — Не плачь, я сделаю для тебя всё, что угодно… Я не знал, что ты так сильно хочешь найти своего отца.       Отчего-то Демьену думалось, что лицо у Эверарда сейчас грустнее некуда. А хотел ли он? Ему вспомнился ещё недавний ужас от перспективы появления «родственника» и потери любовника… Боже, он же даже никогда не думал особо, кто его отец! Родословная Эверарда и то интересовала его куда сильнее.       — Я отдам распоряжение своим людям начать поиски, — глухо произнёс Эверард.       — Нет, — прошептал Демьен. — Не хочу я никакого отца… У меня его никогда не было, и страшно, если вдруг появится… — он неожиданно расслабился, испытав что-то похожее на покой. — Я просто подумал, что кто-то меня ищет… А потом узнал, что это совсем не так.       Эверард перевернул его, просовывая руку под голову, глядя задумчиво и грустно.       — Тогда я могу сказать тебе правду. Из интереса полтора года назад я уже организовывал своих людей на поиски, и, что не удивительно, они ничего не нашли. Демьен, я думаю, нам остаётся только догадываться, кем был твой отец и что их могло связывать с Кристиной, твоей мамой… Возможно, его даже нет в живых. В любом случае, мы ничего о нём не узнаем.       Демьен кивнул, испытывая новую волну жалости к себе, губы всё ещё подрагивали и слёзы выступали в уголках глаз.       — Всё хорошо… — прошептал он.       — Да, всё хорошо, — невесело улыбнулся Эверард. — Завтра у тебя важный день. Я не хочу, чтобы ты забивал голову очередной фигнёй.       — Да… — Демьен горько рассмеялся, пытаясь вытереть лицо, глаза горели. — У меня всё не как у людей.       — У меня тоже, — усмехнулся Эверард и поднялся, потянув его за собой. — Пойдём… Умоешься, поешь, выпьешь — полегчает.              — Ты знаешь, что Сэм и Такехико теперь любовники? — весело спросил Демьен, выходя из душа и вытирая волосы.       Эверард на кухне, сняв пиджак, разогревал равиоли. Кинув на него странный взгляд, он вернулся к готовке. Его губы словно помимо воли растягивались в широкой усмешке.       — И с чего ты это взял? — наконец спросил он.       — Да ты только присмотрись к ним внимательно! — Демьен сел за стол, следя за действиями Эверарда.       Тот ещё какое-то время подозрительно молчал, а потом неожиданно расхохотался, сгибаясь пополам.       — Что? — хихикал в ответ Демьен, не понимая.       Справившись с эмоциями, Эверард с улыбкой покачал головой. — Чёрт возьми…       — Что такое? — Демьен, не отрываясь, наблюдал за лицом любовника, пока тот раскладывал еду по тарелкам.       — А они-то думают, что никто ничего не замечает, — усмехнулся Эверард. Его глаза просто-таки лучились весельем. — Ты порой весьма проницателен.       — Так ты знал обо всём?! — воскликнул Демьен. — Я был прав!       — Да, но об этом… ш-ш-ш, — Эверард приложил палец к губам и сел напротив.       — Что, нравится наблюдать за ними? — догадался Демьен, не сводя с любовника лукавого взгляда.       — Можно и так сказать, — усмехнулся тот.       — Видать, ты сам всё это и подстроил, — хихикнул Демьен.       — Нет, малыш, к их чувствам я не имею никакого отношения, — Эверард разлил красное вино по бокалам. — Хотя… — он задумался. — Пожалуй, я всё же ускорил процесс.       На его губах возникла неотразимая дьявольская улыбка. Демьен сглотнул, испытывая неожиданное томление.       — Как?       — Формально — запретив им встречаться, — Эверард хмыкнул. — Нет более сильного стимула, чем запрет.       — И когда ты им скажешь, что всё знаешь?       Эверард пожал плечами.       — Потом будет видно… Ты, главное, не проболтайся.              Расслабленный от еды, вина, а главным образом — от близости Эверарда, Демьен нырнул под одеяло.       — Ты ведь никуда не пойдёшь? — спросил он с надеждой и не сдержал улыбку, глядя, как неторопливо раздевается Эверард. Небо за окном уже светлело, приобретая призрачный зеленоватый оттенок. Демьен вспоминал, о чём сегодня плакал, и не мог понять. Какой папа? Какое расставание? Какой идиотизм! Хотелось закрыть глаза и горько смеяться, смеяться, смеяться…       — Во сколько спектакль? — Эверард лёг рядом, привлекая его к себе.       — В пять.       — Хорошо. Успеешь выспаться…       — А может, и не успею… — Демьен хитро улыбнулся, проводя ладонью по его груди. — Ты ведь придёшь?       — Я ведь уже сказал.       Тёмные, мерцающие в утренних сумерках глаза Эверарда, его близость и его загадка возбуждали всё сильнее. Демьен уже располагался удобнее, облизывая губы и не сводя взгляда с его лица.       — Поцелуешь меня?.. — прошептал он тихо.       Эверард приподнялся и, склонившись, мягко приник к его губам, разрывая контакт глаз лишь на мгновение. У Демьена сладко щекотало внутри, голова кружилась.       — Что будет дальше? — спросил он, предвкушая.       — Я скажу тебе, что будет дальше, — серьёзно произнёс Эверард, и Демьен насторожился.       — Мне кажется, глупо приступать к работе сразу после выпускного. Тебе нужно сменить обстановку и развеяться. И вот что я решил…       Демьен, замерев, внимательно на него смотрел.       — Предлагаю три варианта. Первый — ты отправляешься с «Доминантой» в турне, второй — остаёшься и проходишь курс молодого бойца у меня на работе, — Эверард усмехнулся. — И третий — едешь на пару месяцев в Чикаго, в гости к твоим давним друзьям, Сандре и Девину. Выбирай.       У Демьена глаза на лоб полезли. От удивления он ещё минуту ничего не мог сказать. Все варианты казались более чем привлекательными. Позволив себе на секунду увлечься заманчивыми перспективами, он уже видел себя и в гостях у Сандры, и на огромном стадионе, среди орущих фанатов, но… там не было Эверарда.       — Я выбрал: остаюсь с тобой! — выпалил Демьен спешно.       Эверард задумчиво улыбнулся. — И почему я не удивлён?..       — Да, я хочу остаться с тобой, и точка, — Демьен нетерпеливо обвил его шею руками, притягивая к себе, вновь погружаясь в сладкий дурман. Эверард загадочно усмехался и коротко отвечал на его требовательные поцелуи, почти не сводя хитрого мерцающего взгляда.       — Я хочу тебя… — едва слышно прошептал Демьен.       — Я тоже хочу тебя, — хрипло промурлыкал в ответ любовник. — Но тебе надо спа-а-ать… — протянул он, и от его странного тембра и глубокого взгляда Демьен почувствовал прокрадывающуюся в мозг дремоту, веки налились тяжестью, хотя внутри всё так же сладко разгоралось пламя желания.       — Засыпай… — Эверард не сводил с него глаз, которые, казалось, становились всё больше, открывая свои едва заметные, но уже знакомые Демьену антрацитовые созвездия. Он не мог отвести взгляда, всё глубже погружаясь в мягкую, похожую на кокон истому. Ему было невероятно спокойно и комфортно. Демьен медленно уплывал в сон.       — М-м-м… ты меня гипнотизируешь?.. — попробовал он возразить, уже проваливаясь в темноту, не в силах держать глаза открытыми, но услышал в ответ только мягкий бархатистый смех.