Демьен

135

      Ночь.       Эверард умылся прохладной водой и, накинув кимоно, вышел из ванной.       Тусклый свет проникал из-под створок дверей, ведущих в зал. Демьен спал, измождённый.       Созерцая его лицо, Эверард вспоминал, как склонялся по ночам над близнецами, когда они были маленькими, проверяя, всё ли у них в порядке, и как сегодня нянчился с Демьеном, пока тот был в изменённом состоянии сознания. Сейчас Эверард с улыбкой рассматривал его в полумраке и чувствовал себя так, словно тот и правда был его ребёнком.       Взяв с прикроватной тумбочки мобильный телефон, он вышел в зал и бесшумно прикрыл створки.       Всё было так, как он и думал… Такехико работал за письменным столом спиной к нему. Мягкий свет ночника наполнял помещение волнующими воспоминаниями. Но ни веревок, ни осколков посуды, ни самой металлической конструкции уже не было. Его люди убрали всё так же быстро, как и собирали.       — Ещё не спишь? — спросил Эверард буднично, направляясь к кофемашине и завязывая по пути кимоно.       Такехико подхватился и склонился в вежливом поклоне.       — Там нет кофе, — заметил он. — Позвольте мне.       — Сделай двойной эспрессо, — Эверард сел на его место, бегло просматривая документы на столе и пропущенные звонки в телефоне. Среди непрочитанных сообщений одно было от Франца.       Эверард набрал его номер. Взгляд упал на папку с фотографиями.       — Привет, — улыбнулся он, слыша радостный голос сына и доставая снимки.       С первого взгляда становилось понятно, что его парням удалось подобраться к лаборатории Кидо немного ближе. И хотя якудза маскировал её под косметологический центр, Эверард не сомневался, что это именно лаборатория.       Фотографии были достаточно детальными, но ничуть не проясняли предназначение таинственного купола и других странных сооружений, явно не просто декоративного характера.       Эверард отложил снимки и откинулся в кресле, слушая, как Франц рассказывает о своём знакомстве с «Фантазисом». Он успел перепробовать всё или почти всё. Приподнятое настроение сына наполняло Эверарда внутренней радостью. Он улыбался, слушая его восторги и наслаждаясь беззаботным весельем в голосе.       — Я вот что хотел, — наконец сказал Франц. — Джеки говорит, что за отдельную плату можно заказать персональную фантазию…       — Ты сейчас в Нью-Йорке? — Эверард поднял глаза на Такехико, тот поставил перед ним кофе.       — В Калифорнии… — ответил Франц. — Линда пишет новый альбом.       — Когда будешь в Нью-Йорке, направляйся в мой офис. Сэм тебя встретит, — Эверард заметил, как Такехико окаменел при одном лишь упоминании её имени.       — Оке-ей, — протянул с улыбкой Франц. Чувствовалось, что он не хочет прощаться. — Почему не спишь?.. — вдруг спросил он, видимо, подсчитав разницу во времени.       Эверард чувствовал, как изменилось его настроение.       — У тебя расстройство биоритмов? — шепнул Франц хитро, почти интимно. В голосе послышались флиртующие нотки.       Эверард засмеялся и положил голову на спинку кресла. — Я уже проснулся… — ему захотелось, чтобы Такехико куда-нибудь на время исчез. Столь многое нужно было сказать.       — Когда планируешь вернуться? Я соскучился…       — Я тоже, малыш… Думаю, что скоро увидимся.       — Хорошо, — улыбнулся Франц, помолчав. — Передавай привет Демьену.       — Непременно.       Попрощавшись, Эверард вернулся к фотографиям.       — Вижу, качество уже не в пример лучше, — заметил он задумчиво.       — Нам удалось подобраться ближе.       — Думаю, так было задумано…       — Хотите сказать, что Кидо известно…?       — Да, — Эверард наблюдал, как секретарь садится рядом. Отутюженный и явно не спавший ни одного часа, он казался напряжённым и притихшим, и странная недосказанность повисла между ними.       — Кидо оборудовал там себе хорошо охраняемые апартаменты, — заметил Такехико, не сводя пристального взгляда с фотографий в его руках, будто боялся смотреть в лицо.       — Резонно, — заметил Эверард.       — Войти в комплекс можно только со дна. Под водой они используют специальные элеваторы…       Пока Такехико говорил, Эверард слушал его и просматривал отчёты.       Его люди узнали много нового, но проникнуть на искусственный остров им так и не позволили: он тщательно охранялся и явно представлял собой нечто большее, чем просто Центр косметологии. Строительство продолжалось. Было ли там на самом деле хоть что-то косметологическое, никто не знал. Но на острове точно находились исследовательские лаборатории и мощное химическое производство. И роскошные апартаменты, и своя индустрия развлечений. Почему бы там не быть и медицинским кабинетам?       Эверард знал, что, даже если первоначально порошок синтезировали в другом месте, то с появлением Центра производство переместилось сюда. Возможно, именно сейчас лаборатории работали над чем-то новым, взяв за основу всё тот же кемет. Эверард хотел знать, над чем. Он хотел получить все разработки. Он хотел… вернуть их себе.       Утечка дорогого ему стоила. От ныне покойного Колдмана она перешла прямиком в руки партнёров Эверарда. Нападения на лаборатории, убийства его людей, шпионаж и таинственные химики — за всем стоял Асадзи Кидо. Теперь Эверард это знал. И он знал, что Кидо это знает. Принять приглашение на искусственный остров было единственным способом проникнуть в чужую лабораторию. Эверард рисковал по-крупному, и ему нужна была подстраховка.       — Что с Джиро Кавагути? — спросил он, делая обжигающе крепкий глоток.       — Вечером приходил человек от него. Джиро хочет поговорить со мной…       Эверард откинулся в кресле, созерцая притихшего Такехико долгим взглядом.       — Поехали, — наконец сказал он. — Хочу лично с ним встретиться.              В зыбкой утренней дрёме Демьен перевернулся на спину и застонал. Мышцы болели, словно накануне он усиленно разучивал незнакомый танец.       За окном было уже совсем светло. Эверард спал рядом.       Демьен даже примерно не представлял, который час, но почему-то казалось, что время идёт к обеду. Он сладко потянулся, зевнул и прильнул к Эверарду, обнимая в истоме. Грудная клетка любовника мерно вздымалась, и весь он был таким тёплым, расслабленным и спящим.       — Эй… ты спишь?.. — Демьен скользнул рукой ниже и с удивлением наткнулся на трусы, хотя точно помнил, что вечером любовник ложился без них. Он попытался стащить их, но всё было тщетно: Эверард спал крепко и даже не реагировал на его поползновения.       Освежившись в ванной, Демьен нырнул в его кимоно и вышел в гостиную, надеясь найти саке и остатки ужина. Но там его ждал сюрприз: разобранный диван, смятая постель и почти такой же разобранный и смятый Такехико.       Демьен застыл с открытым ртом, не в силах сделать очередной вдох. Японец спал в одежде, но назвать его одетым почему-то не поворачивался язык. Чего только стоила сексуально расстёгнутая на голой груди рубашка, словно её кто-то распахнул, да и сам приглашающий вид… Лицо японца расслабилось во сне и казалось таким же юным, каким Демьен увидел его когда-то в первый раз. Чёлка падала на глаза, приоткрытые губы казались припухшими от поцелуев.       Демьен сморгнул и дрожащими пальцами взял с передвижного столика недопитый кофе. Тот был крепким, какой любил Эверард. Болезненная ревность сжимала сердце. Отчего-то в голове снова крутился дурацкий давний сон про дождь и машину…       Стараясь не делать лишнего шума, Демьен надкусил одно из оставшихся бисквитных пирожных. Заказ был свежим… Демьен едва дышал от подозрений, но боялся обломаться в очередной раз и вызвать гнев Эверарда. Допив остывший кофе, он подошёл, бесшумно сел возле Такехико и проверил, есть ли пуговицы на рубашке.       Что он здесь делал? Почему спал на диване? Почему такой… растрёпанный?!       Демьен провёл рукой мимо его лица.       Японец спал так же крепко, как и Эверард. Демьен поймал себя на мысли, что впервые может так детально его рассмотреть. Лёгкий стыд и жгучий интерес притупили гнев. Он осторожно убрал чёлку с раскосых глаз — и вдруг оказался скрученным на постели, с пистолетом у затылка.       — Эй!.. — выдохнул он сдавленно в подушку. Сердце шокированно молотило в груди. — Ты чего?!..       — Чёрт… Демьен, — Такехико отпустил его и осел на диван, потирая сонные глаза. — Что ты тут делаешь?       — Я у себя в номере! — взвился Демьен. — Это ты что здесь делаешь?!       — Ну извини… Если бы мог выбирать, спал бы у себя, — Такехико спрятал пистолет и со стоном упал спиной на постель, прикрывая глаза ладонями.       — Можно подумать, ты нас охраняешь… — проворчал Демьен. — А сам спишь!       — Ну извини… Я устал, — невозмутимо ответил японец.       — Отчего это? — насторожился Демьен.       — Мой босс — мистер Линт, — вздохнул Такехико. — Вот перед ним и буду отчитываться.       Демьен обиженно замолчал, отворачиваясь. Он не знал, что делать дальше. Несмотря на усталость, Такехико совсем не выглядел счастливым, и мысли о сексе между ним и Эверардом казались всё более глупыми. Пожалуй, лучше оставить нелепые подозрения при себе…       — Он ещё спит? — услышал Демьен за спиной голос японца.       — Да, — выдавил он едко, вставая. — Видимо, тоже устал.              Сладкая истома сковала пах. Это тянущее влажное ощущение, сначала зыбкое, несмелое, едва уловимое, но вскоре плотное и плотское, прокрадывалось в тёмную толщу его сна без сновидений и всё увереннее вытягивало на поверхность.       Эверард пошевелился, натыкаясь ладонью на движущуюся растрёпанную голову. Он облизнул пересохшие от сна губы и усмехнулся, расслабляясь, отдаваясь затапливающему наслаждению.       Он не спешил окончательно пробуждаться, дрейфуя на поверхности сна. Сонное онемение словно всё ещё сковывало его, но тем сильнее казалось блаженство. Оно овладевало им неистово и жадно, просачиваясь во все закоулки тела.       Эверард застонал, долго, низко, на выдохе. Желание… Оно, будто грозовые тучи, напитывалось томительной влагой ощущений. Он млел… Он таял в старательном рту.       Уже не сдерживая стонов, он целиком отдавался неожиданной глубокой ласке.       Демьен выпустил его член изо рта, и Эверард изогнулся, возвращая его за голову к прерванному занятию.       — Продолжай, — выдохнул он, не открывая глаз. — Ты так хорошо это делаешь…       Демьен окинул его жадным взглядом и вновь обхватил член губами. Ему казалось, что от Эверарда исходит сияние. Когда у него было такое лицо — искажённое от наслаждения и словно немного из-за этого растерянное, — это ранило Демьена в самое сердце!       Эверард вновь застонал, и Демьена прошиб пот. Едва не кончив от этого звука, он приподнялся и лёг на него, заглядывая в лицо, целуя в засос. Он дрожал и неритмично двигал бёдрами. От неровных и нервных движений член порой соскальзывал, утыкаясь Эверарду в промежность и вводя Демьена в настоящий озноб.       — Не сдерживай стонов, — прошептал он, глядя любовнику в лицо и вибрируя, как натянутая струна.       Эверард усмехнулся и открыл глаза, расслабленно закидывая руку на подушку. — Не сдерживаю, когда они не сдерживаются. А когда мы трахаемся, я люблю слушать твои стоны.       На губах его маячила загадочная улыбка Шивы, исполненная иронии и внутреннего покоя. Демьен смотрел на него, не в силах сморгнуть. Он точно был божеством, его Эверард. В такие минуты в этом не было никаких сомнений.       — Я хочу тебя… — выдохнул Демьен, упиваясь соприкосновением их возбуждённых членов.       — Любрикант там, — Эверард показал в сторону тумбочки.       — Не-е-ет, — смущённо хихикнул Демьен, роняя голову ему на плечо. — Я не в этом смысле.       Эверард улыбнулся, погладив по его спине. — Тогда дай мне поспать.       — Уже почти обед.       — Я не так давно лёг, — мужчина взял с тумбочки часы и, проверив время, прикрыл глаза рукой.       — И что вы делали? — Демьен ссунулся на бок, стараясь не выдавать своих подозрений.       — Работали, — спокойно ответил Эверард.       Демьен молчал, рассматривая его лицо.       — Эй… ты засыпаешь? — спросил он через время.       — Да.       — Помнишь, как ты ласкал меня, когда я спал? — прошептал Демьен, очерчивая пальцем губы Эверарда. — Давай теперь ты будешь спать, а я буду делать с тобой всё, что мне захочется?       — Договорились…       — Серьёзно?! — засмеялся Демьен.       — Да, — Эверард вытянул руку вдоль тела. — Только дай поспать…       Демьен широко улыбался, заглядывая ему в лицо и не в силах поверить, что любовник это серьёзно. Он готов был в любой момент услышать, что это шутка. Но Эверард уже погружался в сон.       Демьен осторожно поцеловал его в губы и, прижавшись лбом к скуле, скользнул взглядом вниз. Он ласково провёл рукой вдоль груди и живота, смакуя странное счастье. Эверард действительно спал. Помня об условиях игры, Демьен осторожно обвил пальцами основание его члена, пережимая и не давая крови полностью отхлынуть. Взгляду представала чудесная картина. Ему хотелось тереться о любовника, исследовать каждый дюйм его тела.       Демьен тихо сел. Он уже и не помнил, когда мог вот так подробно и спокойно полюбоваться им во всех подробностях, не смущаясь под ироничным взглядом.       Эверард спал, и член его медленно опадал. Демьен наклонился и обхватил его ртом, чувствуя, как плоть вновь наливается кровью. Он скользнул языком вдоль паховых складок и вновь лизнул член по всей длине, а потом осторожно посмотрел любовнику в лицо. Тот спал… Ну или по крайней мере дрейфовал где-то в полудрёме. Ссунувшись вниз, Демьен любовно очертил пальцем его колено и улыбнулся. Это развитое, гибкое, сильное и грациозное тело сейчас принадлежало лишь ему одному. Он чувствовал себя властелином вселенной.       Демьен ласково провёл ладонью по надкостнице, от стопы до колена, наслаждаясь скульптурной формой, скользнул губами по внутренней стороне бедра, от колена до паха… И поднял глаза.       Толстый налитой член Эверарда лежал на животе, искушая. Действовала ли ещё недавняя ласка, или любовник проснулся?       Демьен приподнял голову, проверяя. Но, казалось, Эверард спит.       Хотелось немного раздвинуть его ноги. Демьен взял любовника под колени и осторожно подтянул бёдра вверх, разводя в стороны. Потрясающая растяжка! Длинные ноги чуть согнулись, бёдра спокойно и без напряжения легли на постель. Демьен не мог отвести глаз, понимая, что ещё не видел его в подобной позе, даже во время йоги…       Вдруг Эверард засмеялся.       — Похоже, любрикант нам всё же понадобится, — пробормотал он сонно.       — Ты должен спать, — с улыбкой напомнил Демьен.       Он ласкал его бёдра тыльной и лицевой стороной рук, скользил по телу губами, щеками, грудью и животом. Ему хотелось утонуть в Эверарде. Он рассматривал его и не мог насладиться.       — У тебя родинок нет… — шепнул он.       — Неужели? — Эверард зевнул, вытягивая ноги. — Ты удивительно бодрый после вчерашнего.       — Почему у тебя нет родинок? — Демьен лёг рядом, продолжая ласкать его рукой. — Из-за той операции?       — Это какой?.. — Эверард потёр глаза.       — Помнишь, ты говорил, что избавился от всех шрамов? Поэтому?..       — А… Нет, их и до этого не было.       — Почему? — Демьен тёрся щекой о его плечо, пытаясь вспомнить, видел ли он родинки у Жаклин или Франца. Но вспомнить не удавалось: он никогда не обращал на это внимания.       — Просто у меня их нет… — тихо произнёс Эверард, видимо, всё ещё не оставив надежды поспать.       — Разве такое бывает?.. Чтобы совсем без родинок? — Демьен поднялся на руке, поглаживая его торс. Собственный член прижимался к животу, болезненно пульсируя от желания. — Перевернись, пожалуйста, — прошептал он тихо извиняющимся тоном. — Я хочу посмотреть на тебя сзади… Можно?       Эверард не сдержал широкую улыбку, но перевернулся, утыкаясь лбом в сложенные руки.       Демьен окинул его долгим взглядом и со стоном прильнул со спины.       — Ты такой красивый… — прошептал он, убирая его волосы на плечо. Но Эверард не отвечал. Его дыхание становилось размеренным и глубоким, и Демьен чувствовал, как он засыпает. Уткнувшись носом Эверарду в затылок, он тихо млел, упиваясь его запахом и теплом. Сердце дрожало в экзальтированном восторге.       Его! Весь его! И только его!       Его Эверард… Жизнь его и боль… Его любовь.       Демьен скользнул ладонью по упругой ягодице. Эверард спал, уже совершенно точно и без сомнений.       Демьен отстранился и сел на постели, рассматривая мужчину со стороны. Желание становилось сокрушающим. А ощущение собственной власти над спящим человеком одурманивало. Чёрт, Эверард! И весь его… Демьен едва дышал от распирающего давления в члене.       Он вспомнил, как уже пытался один раз взять его, и как тут же исчезла эрекция, словно по мановению волшебной палочки. Он никогда не решится повторить свой опыт. Никогда!..       Боясь даже думать об этом, Демьен потянулся к смазке на тумбочке. Не сводя взгляда со спящего любовника, он быстро размазал любрикант по члену.       О боже!.. Дыхание застревало в груди, он весь дрожал, как перед прыжком с большой высоты. Нет, лучше не думать… Не думать, ведь он всё равно ничего не будет делать. Просто… попробует. Ведь если не сейчас, то когда?..       Тяжело дыша, он приблизился к Эверарду и уткнулся членом ему между ягодицами, пытаясь на ощупь найти анус. Чтобы кончить уже сейчас, было достаточно просто прикасаться к нему членом вот так. Непозволительно… Святотатственно… Демьен сдавленно стонал сквозь зубы, кровь гулко шумела в ушах.       Эверард дёрнулся, просыпаясь, и поднял голову.       — Пожалуйста!.. — всхлипнул Демьен, дрожа всем телом в предельном напряжении чувств и лихорадочно целуя его в спину, умоляя и упрашивая. — Не шевелись…       — Вот чёрт, — протянул Эверард, роняя голову обратно на руку. Демьен чувствовал, как любовник заставляет себя расслабиться.       Он надавил сильнее, сгорая в одном лишь этом ощущении. Грудная клетка Эверарда расширилась. Казалось, он хотел ему что-то сказать, но передумал.       Демьен дрожал и постанывал, чувствуя сопротивление плоти. Эверард тяжело дышал, явно стараясь не напрягаться, но сфинктер был плотно сжат и не впускал внутрь. Демьен надавил чуть сильнее — и вдруг взорвался, содрогаясь.       — О!.. — застонал он, вибрируя всем телом, выплёскиваясь и скользя членом по ложбинке. — О боже…       Эверард поднял голову, в недоумении оглядываясь на него, и тут же зарылся лицом в постель, дрожа всем телом от беззвучного смеха.       — Мне не смешно, — мрачно выдохнул Демьен, отстраняясь. Он весь был мокрым и совершенно обессиленным, словно пробежал кросс. Сердце заполошно трепыхалось.       Эверард поймал его за запястье, не давая уйти.       — Прости… Я не… я не над тобой… — хохотал он сдавленно, зажимая лицо подушкой, но всё равно не мог справиться с эмоциями.       — Что случилось? — прошептал он, едва дыша. — Вдруг стало так мокро… Я грешным делом подумал, что ты меня… — он не договорил, вновь сотрясаясь от смеха и пытаясь овладеть собой.       — Пусти… — недовольно выдавил Демьен, отворачиваясь. Он чувствовал себя последним ничтожеством.       — Демьен, — Эверард не выпускал его из рук, не давая вырваться. Наконец он глубоко вздохнул, справившись с эмоциями, и прижал к себе спиной. — Что ты там себе уже напридумал, м? — спросил он глубоким проникновенным голосом.       Демьен угрюмо молчал.       — А знаешь, я впечатлён, — протянул Эверард, явно стараясь быть серьёзным. Но Демьен слышал отзвуки былого веселья в его голосе. Казалось, любовник опять готов взорваться от смеха, только непонятно от чего именно: то ли от воспоминаний о случившемся, то ли от его позора.       — Если бы ты так не спешил и сначала позаботился о том, чтобы хоть немного меня растянуть, у тебя бы всё получилось. Я уверен в этом, — сказал Эверард уже куда спокойнее.       Демьен не отвечал. Щёки полыхнули стыдом.       — В следующий раз точно получится.       — Следующего раза не будет… Мне стыдно, что я на это решился…       Эверард с улыбкой рассматривал его, скользя ладонью вдоль юношеского тела. Взрослый… Уже совсем взрослый. Развитый и гибкий, достаточно изящный и достаточно крепкий. Красивый. И да, уже довольно осмелевший. Эверард широко улыбнулся. Подумать только: почти двадцать лет! Недаром постоянно вспоминался Билли…       — Прости меня! — вдруг всхлипнул Демьен и порывисто развернулся к нему, жмурясь от слёз.       Эверард с улыбкой целовал его, успокаивая, но видел, что только возбуждает его этим.       — Знаешь, ты всё же не дал мне выспаться, — усмехнулся он, подкладывая руку под голову.       — Прости… — прошептал Демьен, не поднимая глаз. — Я вообще не понимаю, что на меня нашло, — гнев исчез, и теперь он сгорал от чувства вины.       — Если не перестанешь самоуничижаться, придётся заставить тебя изнасиловать меня.       — Не говори так, а то мне становится ещё хуже…       — Но тебе ведь хотелось это сделать?       — Мне просто хотелось попробовать, каково это, — пробормотал Демьен виновато. — Но сейчас это уже кажется чем-то запредельным… У тебя реально заколдованная задница.       Эверард улыбнулся. — Ты же знаешь, что имеешь дело с девственником… Хотя ко мне трудно применить это слово, даже в таком смысле. Но это было всего раз, очень давно и в большом стрессе.       — А Билли пытался тебя подготовить, когда… — Демьен смутился. — Ну, когда тоже делал попытку?       — Конечно.       — И что?       — Ты уже знаешь что… У него всё упало. Ты в этот раз пошёл куда дальше, — Эверард усмехнулся.       — Чёрт, — Демьен не мог скрыть улыбку. — Что-то я вообще больше не хочу об этом говорить. Прости меня… за случившееся.       Эверард вздохнул и лёг на спину, задумчиво глядя в потолок.       — Куда мы пойдём сегодня? — Демьен положил голову ему на плечо, обнимая.       — Поедем.